Люди с выраженными психопатическими чертами могут заметно отличаться от окружающих тем, как рассказывают о собственной жизни. Одни почти не используют слова, связанные со страхом и тревогой, другие избегают негативных эмоций, а третьи описывают даже счастливые события в мрачных тонах. Эти закономерности обнаружили психологи из Университета Миссисипи, изучив письменные рассказы 451 человека.
Исследователи Кай Брей и Лора Дрислейн решили выяснить, как особенности личности проявляются в повседневной речи. Для этого они привлекли 307 студентов и 144 человека, ранее отбывавших тюремное заключение.
Сначала участники прошли психологическое тестирование, оценивающее три основные психопатические черты: смелость, расторможенность и жестокость. Затем каждому предложили письменно описать три события из своей жизни — самый счастливый момент, самый тяжёлый период и важный переломный момент.
Сопоставив результаты тестов с использованными словами, учёные обнаружили несколько интересных закономерностей.
Люди с высокими показателями смелости, которая связана с бесстрашием и уверенностью в себе, значительно реже использовали выражения, связанные с тревогой. Слова вроде «страх», «беспокойство», «испуг» и «нервозность» встречались в их рассказах реже, чем у остальных участников.
Совсем другая картина наблюдалась у людей с выраженной жестокостью — чертой, связанной с бессердечностью и пренебрежением чувствами окружающих. Когда они описывали переломные моменты своей жизни, то реже употребляли слова, обозначающие негативные переживания, например «ненависть», «боль», «плохо» или «усталость».
Но самые заметные различия обнаружились у участников с высокой расторможенностью — склонностью действовать импульсивно и с трудом контролировать собственное поведение.
Такие люди значительно реже упоминали положительные результаты событий во всех трёх рассказах. Более того, описывая самые счастливые моменты жизни, они чаще других использовали негативно окрашенные слова.
Та же закономерность наблюдалась при рассказах о важных жизненных переменах. Однако при описании самых тяжёлых периодов различий в использовании негативной лексики практически не было.
Исследователи обнаружили и ещё одну особенность. Люди с выраженной расторможенностью чаще упоминали алкоголь и табачные изделия, используя слова вроде «пиво», «вино», «пьяный» и «сигара». Но происходило это преимущественно в рассказах о трудных периодах и переломных событиях, а не о счастливых моментах.
Таким образом, каждая из трёх психопатических черт оказалась связана со своим характерным способом описания жизненных событий. При этом наиболее заметное влияние на выбор слов оказывала именно расторможенность.
Результаты противоречат распространённому представлению, будто люди с психопатическими чертами обязательно говорят и пишут холодно, без эмоций. Их рассказы могут быть вполне эмоциональными, но характер этих эмоций не всегда соответствует тому, чего окружающие ожидают в конкретной ситуации.
«Люди склонны воспринимать психопатию как нечто единое, но на самом деле это многомерное явление», — объясняет Кай Брей.
По словам исследователей, отдельные психопатические черты в разной степени присутствуют у многих людей. Их изучение позволяет лучше понять не только преступное поведение, но и особенности общения, профессиональных отношений и повседневной жизни.
При этом авторы подчёркивают, что обнаруженные закономерности нельзя использовать для определения психопатии по отдельным сообщениям или рассказам. Исследование выявило статистические связи между личностными чертами и выбором слов, а не надёжный метод распознавания людей.
Лора Дрислейн отмечает, что отдельные составляющие психопатии могут по-разному предсказывать такие последствия, как преступность, повторные правонарушения и насилие в близких отношениях. Поэтому важно изучать каждую из них отдельно, а не объединять всё под одним ярлыком.
«Если мы хотим научиться лечить или, в идеале, даже предотвращать развитие психопатии, нам необходимо понимать действующие механизмы», — говорит исследовательница.
Новая работа показывает, что некоторые из этих механизмов могут проявляться даже в такой обычной деятельности, как письменный рассказ о собственном прошлом.
Результаты исследования опубликованы в научном журнале Personality and Individual Differences.
