Поиск — Новости науки, технологий и техники

19 января 2026 14 мин.

«Во имя отца, сына и святого духа»: крестильные имена в хрис...

19 января православные христиане в России отмечают праздник Крещения Господня, установленный в честь одного из важнейших событий евангельской истории — крещения Иисуса Христа в реке Иордан Иоанном Крестителем. С тех пор таинство крещения проходят все, кто желает войти в лоно христианской Церкви. Погружаясь в воду, они отрекаются от грехов и возрождаются к новой, духовной жизни. При этом они, как правило, входят в нее с новым христианским именем. О том, как возникла традиция давать обращенным новые имена, почему христианин мог носить имя Люцифер и какие обычаи имянаречения есть у православных, католиков и протестантов, мы поговорили с доктором исторических наук, профессором кафедры истории средних веков исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова Игорем Святославовичем Филипповым.

— Игорь Святославович, в чем заключается смысл крещения для христиан?

— Смысл крещения во всех христианских конфессиях заключается в том, что оно символизирует, с одной стороны, приобщение человека к христианской вере, а с другой — включение его в общину верующих, которые принимают его в свои ряды. Тут очень важен именно социальный аспект. Сам обряд во всех конфессиях тоже примерно одинаковый: человека либо погружают в освященную воду, либо опрыскивают освященной водой. Есть, конечно, особые случаи. Например, когда под рукой нет воды, как в пустыне, где живут некоторые христиане Ближнего Востока. Тогда в качестве чрезвычайного решения крещаемого допускается осыпать песком. Но каким бы ни был обряд, смысл крещения остается тем же: это приобщение к христианской общине — как конкретной, так и общине христиан всего мира, а вместе с этим и к Богу.

— А в чем заключается значение принятия нового имени при крещении? Какую символическую нагрузку оно несет?

— Смена имени в ходе принятия новой для человека веры, а значит, перехода в иное духовное состояние, символизирует обновление. Это касается смены любой идентичности вообще, не только религиозной. Применительно к христианству примеры имеются в Священном Писании, причем как в Новом, так и в Ветхом завете. Известно, что еврейским именем будущего апостола Петра было Симон, а новое имя дал ему Иисус Христос, когда призвал того быть своим учеником и обратил в христианскую веру. Однако этот обычай на самом деле гораздо древнее. Достаточно вспомнить, что в Книге Бытия — памятнике, который описывает события II тысячелетия до н.э. — рассказывается о том, что Аврам и его жена Сара, заключив завет с Богом, получили другие имена — Авраам и Сарра, пускай отличия от первоначальных имен и кажутся незначительными.

— Что известно о ранней истории крестильных имен? Когда и при каких обстоятельствах возникла традиция давать крещаемому новое имя?

— Судя по Священному Писанию, а потом и по текстам раннехристианских авторов, первые христиане могли носить какие угодно имена. А учитывая то, что значительную часть христиан той эпохи составляли евреи или представители других семитских народов, таких как арамеи, то и имена они часто носили еврейские. Так, евангелиста Марка до крещения звали Иоанн, а апостола Павла — Савл, или Саул. Кстати, стоит напомнить, что многие имена, которые в нашем обществе считаются исконно русскими, на самом деле ветхозаветные и еврейские по своему происхождению: Иван (Иоанн), Мария, Анна, Елизавета, Яков (Иаков), Даниил, Вениамин и многие другие.

Баптистерий в Церкви святого Иоанна Богослова, 6 век н.э. Эфес, Турция. Изображение: Bernard Gagnon, CC BY-SA 3.0, via Wikimedia Commons

Безразличие к выбору имени было настолько высоким, что в Писании мы порой встречаем у ранних христиан откровенно языческие имена. Например, в Послании Римлянам (16:14) упоминается христианин по имени Гермес, а в Первом Послании Коринфянам (16:12) — Аполлон. Правда, тот факт, что эти имена языческие, не всегда ясно следует из русского перевода Библии (прим. ред.: речь идет о Синодальном переводе, выполненном в XIX веке), где Гермес назван Ермой — надо полагать, что это наследие русских средневековых рукописей.

Словом, на первых порах имя христианина не имело значения для Церкви и считалось его личным делом. Соответственно, Церковь никак это не регламентировала. От эпохи поздней Античности сохранилось несколько трактатов Отцов Церкви, в том числе Кирилла Иерусалимского (315–387) и Августина (354-430), посвященных обряду крещения, в которых сообщается масса деталей — от выбора правильного возраста для крещения до того, как следует разоблачаться, что есть и пить после крещения, — но совершенно ничего говорится об имянаречении. На ум приходит казус епископа города Кальяри на Сардинии, жившего в IV веке, который носил имя Люцифер. Это может показаться очень странным, но необходимо учесть, что тогда это имя еще не так прочно ассоциировалось с Сатаной, хотя, безусловно, его так называли. Кроме того, — и это, наверное, важнее — семантика этого имени, которое буквально означает «несущий свет», совсем необязательно должна быть негативной. Можно предположить, что Люцифер, бывший волевым человеком и деятельным епископом, решил, что он вернет это имя в лоно христианской традиции.

Источники позволяют утверждать, что вплоть до конца IV века христиане предпочитали ветхозаветные имена. Они встречаются в самых разных текстах, в том числе в надписях на стенах катакомб. Однако постепенно стали превалировать имена апостолов и других последователей Христа, а также мучеников за веру. Кроме того, ранние христиане со временем стали изобретать новые имена, подчеркивающие важные для их веры моральные качества: благочестие, скромность, милосердие и некоторые другие. Тогда появляются имена Бонифаций, буквально «добродетельный», или Иннокентий, то есть «невинный», а также Симплиций — «простой». В ход шли также понятия, дорогие для христиан: Бенедикт, то есть «благословенный», или Анастасий — имя, происходящее от греческого слова «воскресение». Некоторые имена содержали просто намеки на их веру, хотя прямых указаний на христианство в них нет. Это имена Донат, что значит «дарованный», или Наталис, то есть «рожденный».

Фотовыставка, посвященная 100-летию со дня рождения народного артиста СССР Иннокентия Смоктуновского. Страстной бульвар, Москва. Изображение: Белицкий Дмитрий/Агентство «Москва»

По какой-то причине в православной культуре имен, содержащих аллюзии к вере, очень мало. Ярким исключением служит популярное на Балканах женское имя Евангелия, которое на первый взгляд может показаться непривычным, однако в действительности его знают многие, хотя и не задумываются об этом — так звали знаменитую болгарскую прорицательницу Вангу.

А вот в католической и протестантской культуре таких имен было и есть в избытке: достаточно вспомнить знаменитую актрису и княгиню Монако Грейс Келли, чье имя означает «благодать», или имя невесты Эдмона Дантеса, увековеченное Александром Дюма в «Графе Монте-Кристо», которую звали Мерседес, то есть «милосердная».

— Хотя Церковь не устанавливала строгие правила имянаречения, можно ли тем не менее говорить о существовании традиций и обычаев, определявших, какое имя дают обращенному?

— Это во многом зависит от того, о какой христианской конфессии идет речь. В Средние века католическая Церковь настаивала на том, что при крещении мусульман и иудеев смена имени была обязательной, а вот в случае крещения язычников это было не так. Например, в источниках нет ни одного намека на то, что знатный сакс Видукинд, много лет воевавший с франками, но в конце концов сдавшийся на милость императору франков Карлу Великому (768-814), в крещении принял какое-то другое имя.

В православном, особенно в русском православном мире, было иначе. Правда, о традициях имянаречения того периода мы знаем главным образом по именам элиты, в среде которой к тому же существовал определенный набор имен, недоступный простым людям. Так, русские князья обязательно получали при крещении новое имя. Скажем, великий князь Владимир Святославович (980-1015) был крещен под именем Василий. Такой выбор был во многом определен новыми родственными связями русского князя: сразу после крещения он был обручен с сестрой византийского императора Василия II Болгаробойцы (976-1025) Анной. Ярослав Мудрый (1019-1054), в свою очередь, принял в крещении имя Георгий, откуда и название основанного им города Юрьев (прим. ред.: Юрий — вариант имени Георгий, возникший в силу фонетических особенностей древнерусского языка и только в XX веке признанный отдельным именем), который сейчас находится на территории Эстонии и называется Тарту.

Тарту, Эстония. Изображение: Freepik

Во многих случаях мы знаем и родовое, и крестильное имя какого-либо князя или аристократа, однако это зависит от того, насколько это был важный человек и сколько о нем сохранилось информации. Считается, что применительно к домонгольской эпохе мы располагаем такими сведениями приблизительно о 20% князей.

О большинстве других, даже знатных людей, у нас есть одно или два обычно случайных упоминания. Так, мы знаем, что заказчик одной из древнейших русских книг, известной как Евангелие Остромира (середина XI века) в крещении звался Иосиф, потому что дьякон, который переписывал текст, оставил об этом упоминание в записи, помещенной в конце рукописи.

Любопытно, что уже в течение XI века в семье Рюриковичей появляются люди, которых мы знаем только по их крестильным именам. Такие есть уже среди детей Ярослава Мудрого: например, его дочь Анна, ставшая в 1051 году королевой Франции, благодаря браку с французским королем Генрихом I. Другие дети Ярослава, как правило, известны под обоими именами, а вот среди его внуков и правнуков наличие лишь одного, крестильного имени, уже становится нормальным. Например, его внук владимиро-волынский князь Давыд Игоревич (1058-1112), известен под одним этим именем, так же, как и знаменитый правнук Юрий, то есть Георгий, Долгорукий (ок. 1090-1157). То же касается брата Юрия, переяславского князя Андрея Владимировича (1102-1141), и его сына Андрея Боголюбского (1157-1174).

Все это, однако, не означает, что мирских имен у этих людей не было. Возможно, сведения о них не сохранились. Есть поразительный факт, который касается того же Андрея Боголюбского. В одном синодике XVII века (прим. ред.: синодик — книга с перечислением имен живых или умерших людей для поминания их во время богослужений) говорится, что в миру этого князя звали Китай. Можно предположить, что такое имя связано с его происхождением: мать князя была половчанкой, а в половецкой правящей династии существовало созвучное имя Китан. Конечно, надо иметь в виду, что это текст XVII века, но такое вряд ли придумаешь!

Синодик Ипатьевского монастыря. Конец XVII — начало XVIII веков. Изображение: Massalim, CC BY-SA 3.0, via Wikimedia Commons

Исчезновение двуименности растянулось на долгое время. Одним из последних князей, известных под двумя именами, был малоярославецкий князь Ярослав Владимирович (ок. 1388-1426) из московских Рюриковичей, которого в крещении звали Афанасием, а немногим раньше него — рязанский князь Олег Иванович, крещенный под именем Иаков. К слову, имя Олег стало одним из наиболее устойчивых языческих имен, употребляемых в паре с христианским. В дальнейшем языческие имена окончательно уходят в прошлое, и русские князья, а затем и московские цари, повсеместно получают христианские имена как в миру, так и в крещении.

Здесь, правда, есть одна особенность. К концу XV века укрепилась традиция имянаречения по святцам, которая, вопреки распространенному представлению, не была так сильна в средневековой Руси. Но и тогда крестильное имя в семье Рюриковичей выбиралось в первую очередь исходя из представлений об имянаречении, укорененных в правящем доме. Другое, так называемое прямое имя, младенец получал в честь того святого, в день которого родился, и оно чаще использовалось в кругу семьи, чем на публике. Так, Иван III Васильевич (1440-1505) был крещен под именем Иван, но у него было и другое имя, Тимофей, которым, вероятно, его называли домашние, так как он был рожден в день памяти Тимофея Эфесского, ученика апостола Павла и адресата одного из его посланий. Примечательно, что практика наречения ребенка именем святого, которого поминали в день его рождения, никогда не была закреплена в церковном праве, но оставалась лишь обычаем.

Фигура Ивана Великого (Иван III Васильевич) на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде. Изображение: Voevoda, Public domain, via Wikimedia Commons

— Были ли какие-то ограничения в выборе имени у православных или католиков?

— Необходимо снова оговорить, что ограничений не было на уровне канонического права, но были традиции и здравый смысл. Скажем, ясно, что ни один священник не согласился бы крестить ребенка под именем Мухаммед. Это, конечно, преувеличение, но оно хорошо иллюстрирует суть дела.

Было распространено представление, которое всячески поддерживалось Церковью, что крещаемого взрослого или ребенка следует называть по имени значимого святого. Здесь, однако, есть одна загвоздка. В отличие от Западной Европы, где институт канонизации сложился по воле римских пап не позднее конца XII в., официальная канонизация в православном мире, в том числе на Руси, — это весьма позднее явление. Выработка процедуры канонизации приходится только на середину XVI века, эпоху Ивана Грозного. В это время список русских святых пополнился многими новыми именами. До этого имело место торжественное, но не оформленное юридически провозглашение тех или иных людей святыми митрополитом с согласия или по ходатайству великого князя. Известно, что первые святые мученики Борис и Глеб, убитые в 1015 г., были объявлены таковыми, по всей видимости, в 1072 г. по инициативе сыновей Ярослава Мудрого.

Кроме того, крестильное имя должно было тем или иным образом принадлежать к христианской культуре. Характерный пример — имя Владимир. Изначально вполне языческое, более того, пришедшее из Болгарии, это имя в домонгольскую эпоху, хотя и популярное в роду Рюриковичей, все же должно было сочетаться с другим крестильным именем. Например, Владимир Мономах, как и его великий прадед Владимир Святославович, носили в крещении имя Василий. Похоже, что до второй половины XIII века имя Владимир не воспринималось как крестильное, затем ситуация меняется. Возможно, это связано с авторитетом Александра Невского, о котором летопись сообщает, что он, победив в битве на Неве 15 июля 1240 г., которая пришлась на день смерти крестителя Руси, решил, что предок ему помог. Эту гипотезу, к сожалению, нельзя проверить данными источников, но она кажется вполне логичной.

Памятник князю Владимиру на Боровицкой площади. Изображение: Чингаев Ярослав/Агентство «Москва»

На средневековом Западе, в свою очередь, рассуждали несколько иначе. Когда англосаксонский король Альфред Великий (871-899) победил датских викингов и их предводитель по имени Гутрум решил в 878 году принять крещение, ему дали новое имя Этельстан. Хотя такого святого никогда не было, а значит, это имя не было христианским, выход был найден. Дело в том, что Этельстаном звали самого старшего из братьев Альфреда, который умер, не успев занять престол. Получается, что языческого правителя викингов назвали именем, которое уже было в ходу у христиан и поэтому уже воспринималось как отчасти христианское. Это было достаточным аргументом для католической Церкви, а главное — означало, что на латинском Западе можно было крестить человека под языческим именем.

— А в чем заключается специфика имянаречения у протестантов?

— Протестантский именник вообще очень необычный. Уже со времен Лютера они предпочитают не только и не столько имена святых, сколько в принципе библейских персонажей, причем главным образом из Ветхого Завета. В связи с этим в протестантской традиции очень много таких имен, которые редко или вовсе не встретишь у католика или у православного. Среди мужских имен очень популярными стали Авраам, Амос, Иеремия, Иосия, Исаак, Исайя, Самуил и даже Израиль, а среди женских — Авигея, Дебора, Ева, Рахиль, Ревекка, Руфь, Сара, Эсфирь. Кроме того, в некоторых протестантских конфессиях во время обряда крещения объявляется полное имя ребенка, а значит, крестильными становятся не только первое, но и второе, третье и какое угодно по счету имя, а также и фамилия, что невообразимо для православного человека.

И все же такие имена совершенно адекватны, пускай и не совсем привычны на слух. Более необычный вариант — это имена, образованные от абстрактных понятий с положительным значением, иначе говоря, благочестивые имена: Пруденс, что буквально значит «благоразумие», или Верити, то есть «истина». Наконец, совсем поразительно звучат имена английских протестантов, которые они давали своим детям уже в XVI веке. Среди них — «Господь близко», в оригинале «The-Lord-is-near», или даже «Если Господь не умер за тебя, ты был бы проклят», а по-английски «If-Christ-had-not-died-for-you-you-had-been-damned».

Понятно, что такие имена было чрезвычайно сложно использовать в реальной жизни, но они, тем не менее, были в ходу еще во второй половине XIX века, по крайней мере в США. Так, в штате Айова в 1880 году было зарегистрировано имя «Through-much-trial-and-tribulation-we-enter-the-kingdom-of-heaven», что переводится как «Через многие испытания и несчастья мы войдем в царство небесное». Впрочем, в быту такого человека, вероятно, звали просто Tribby.

Следует добавить, что начиная с Возрождения, у католиков возникла мода на античные языческие имена, такие как Ахилл, Геракл, Цезарь, Антигона, Пенелопа и другие, но особо популярными они стали именно у протестантов, прежде всего в Англии. В этой связи можно вспомнить знаменитого британского адмирала Нельсона, одержавшего победу над наполеоновским флотом в битве у мыса Трафальгар в 1805 году. Его отец, англиканский священник, дал ему имя Горацио, явно в память о древнеримском поэте Горации, и это при том, что в отличие от многих англичан Нового времени, у Нельсона не было второго имени, которое связывало бы его с христианским культом.

Адмирал Горацио Нельсон. Лемюэль Фрэнсис Эбботт. 1800 год. Изображение: Wikimedia Commons

В дальнейшем в Англии, а затем и в США, пошли еще дальше и стали крестить детей под именами, образованными от фамилий, топонимов, затем и других слов, понравившихся их родителям, но, как правило, все же с добавлением христианского имени. Примером может служить Уинстон Леонард Спенсер Черчилль. Из трех его имен только второе является христианским. Так звали святого отшельника, а затем аббата, жившего в VI веке в центральной Франции, откуда был родом один из знатных предков британского премьер-министра.

Беседовал Александр Ковалев

Изображение на обложке: Freepik

18 января 2026 12 мин.

Гостиница «Метрополь» — город в городе

Грандиозная гостиница в центре Москвы стала событием в архитектурной истории города и подлинным памятником началу ХХ века — периоду, полному художественных поисков и романтических устремлений. «Метрополь» был одним из первых московских зданий, при строительстве которых использовались новейшие технологии того времени и стал не только архитектурным шедевром, но и образцом передовых инженерных решений начала ХХ века.

Как родилась идея строительства гостиницы «Метрополь»

Замысел создания первоклассной гостиницы, превосходящей по своему великолепию и комфорту лучшие европейские аналоги, принадлежал известному московскому предпринимателю и меценату Савве Ивановичу Мамонтову. «Метрополь» задумывался как город в городе. Не случайно название «Метрополь» происходит от греческого metropolis – город-государство. Это была концепция, опередившая свое время, продиктованная стремлением создать не просто место для ночлега, а автономную экосистему, где гости могли бы найти все необходимое для комфортной жизни и развлечений, не покидая пределов здания. Мамонтов задумал создать не просто отель, а настоящий культурный центр с театром, ресторанами и художественной галереей.

До начала XV столетия территория, где сегодня простирается Театральная площадь, представляла собой болотистую низину, испещренную оврагами. По этой местности протекала река Неглинная – от современной Трубной улицы до впадения в Москву-реку в районе Водовзводной башни Кремля. С левой стороны Неглинной, располагались деревянные бани, вода в которые забиралась прямо из реки.

В период с 1817 по 1819 годы Неглинная на участке между устьем и Трубной площадью была заключена в трубу. С 1816 по 1823 годы были снесены земляные укрепления вокруг Китай-города, а земля была использована для выравнивания будущей Петровской площади (прим.ред.: так раньше называлась Театральная площадь), и проезда в сторону Лубянской площади, в результате чего уровень земли в некоторых местах поднялся на 4 метра.

К разработке плана будущей Театральной площади был привлечен архитектор Осип Иванович Бове. План предусматривал прямоугольную площадь, ограниченную четырьмя симметричными зданиями, разделенную посередине проездом. Бове разместил на продольной оси площади здание Большого Петровского театра (прим.ред.: В 1853–1856 годах слово «Петровский» исчезло из названия театра, и он стал называться просто «Большой»), а напротив, у китайгородской стены, – сквер (в котором сейчас можно увидеть памятник Карлу Марксу, установленный в 1961 году).

Осип Бове. План перепланировки Театральной площади, 1821 год. Изображение: Wikimedia Commons

К середине XIX века новая площадь была благоустроена и многие из зданий, которые мы видим вокруг нее, уже стояли на своих местах, например Малый театр, здание которого построено в 1824 году, доходный дом К. М. Полторацкого, построенный в 1821 году (с середины XIX века там находился Театр Шелапутина, сейчас это здание Молодежного театра), магазин Мюр и Мерилиз (ныне ЦУМ), построенный в 1886 году. Единственным «пятном», портившим картину, был тот самый участок, который и отвели под строительство новой гостиницы, которую предстояло гармонично вписать в сложившийся архитектурный ансамбль.

Ода московскому модерну: как разрабатывался проект «Метрополя»

Москва начала ХХ века была не только хранительницей русской старины с ее святынями и преданиями, но и городом очень чутким ко всякой новизне и преобразованиям. На рубеже веков она стремительно меняла свой привычный облик, ритм ее жизни ускорялся, быт и жизненный уклад гибко приспосабливались к новым реалиям. Это было время строительного бума, в 1900-х годах охватившего буквально весь город. В застройке 1900 — 1910-х годов появились 7-8-этажные здания, поднявшие планку традиционной этажности почти вдвое. В моду прочно вошел новый архитектурный стиль — модерн.

Одной из ключевых особенностей модерна являлась его функциональность. Здания проектировались с учетом потребностей будущих пользователей. В доходных домах предусматривались удобные планировки квартир, просторные лестничные клетки, лифты, системы водоснабжения и канализации. Общественные здания проектировались с учетом их назначения: театры — с хорошей акустикой и видимостью, вокзалы — с удобной системой навигации и обслуживания пассажиров

В 1898 году был объявлен международный конкурс на лучший проект новой московской гостиницы, в котором приняли участие известные архитекторы из России и Европы, представившие свои варианты будущего здания. Победу одержал проект Вильяма Валькота, молодого и талантливого архитектора, предложившего смелое и новаторское решение в стиле модерн. Однако, проект Валькота был признан слишком авангардным для московской публики, и Мамонтов поручил группе архитекторов внести в него изменения и доработки. Важную роль в доработке и реализации проекта гостиницы «Метрополь» сыграли Лев Кекушев, Дмитрий Чичагов и Адольф Эрихсон.

В. Валькот. Конкурсный проект гостиницы «Метрополь». Фасад по Театральной площади. 1899. Изображение: Wikimedia Commons

Строительство «Метрополя» началось в 1899 году. Проект был масштабным и сложным, требовавшим применения самых передовых технологий и материалов. Особое внимание было уделено художественному оформлению гостиницы. К работе над интерьерами были привлечены известные художники и скульпторы, такие как Михаил Врубель, Константин Коровин, Николай Андреев и другие. В итоге родился совершенно уникальный проект, ставший своего рода одой московскому модерну и сочетавший в себе элементы всех его стилей.

Рациональный модерн определял сдержанность декора, лаконичностью форм и акцент на функциональность. Неорусский стиль проявился в использовании стилизованных элементов древнерусского зодчества – шатровых крыш, кокошников, наличников. Неоготика добавила проекту свои элементы: стрельчатые арки, витражи, башенки. И самым удивительным было то, что весь этот достаточно эклектичный набор в итоге превратился в гармоничное произведение.

Некоторые особенности экстерьера гостиницы:

несколько объемов разной высоты, что создает динамичный силуэт, притягивающий взгляд;
оконные проемы разнообразны по форме и размеру: здесь можно увидеть прямоугольные, арочные и овальные окна, создающие интересную игру света и тени, оконные рамы, выполненные из металла и окрашенные в темный цвет контрастируют со светлым фасадом;
маскароны, картуши и другие декоративные мотивы, отражающие эстетику модерна, украшающие фасад;
купола и башенки, увенчанные флюгерами, которые придают крыше сложную форму;
облицовочный кирпич светлых тонов - как основной материал при отделке фасада, который делает здание визуально легким;
керамическая плитка - одна из главных особенностей внешнего облика «Метрополя»: блеск глазурованной керамики придает зданию праздничный вид;
майолика, изготовленной по эскизам известных художников, в том числе знаменитое панно «Принцесса Грёза» Михаила Врубеля.

Панно «Принцесса Грёза» Михаила Врубеля на фасаде гостиницы. Изображение: Nikolay Andreyev, Public domain, via Wikimedia Commons

Символ технического прогресса: новые технологии при строительстве «Метрополя»

Возведение гостиницы «Метрополь» на рубеже XIX и XX веков стало не только архитектурным прорывом, но и экспериментальной площадкой для внедрения передовых строительных технологий и инженерных решений своего времени. В только что открывшем свои двери отеле было 400 номеров, многие из которых были оснащены телефонами. Здание задумывалось многофункциональным. В нем располагались ресторан и кинотеатр. На первом этаже находились многочисленные магазины, контора по продаже железнодорожных билетов, а на 6-мэтаже гостиницы – редакция литературного журнала «Весы».

Новые отделочные материалы. Для отделки фасадов и интерьеров «Метрополя» использовались современные материалы: керамическая плитка, мрамор и мозаика.
Использование металлического каркаса. В отличие от традиционных для Москвы кирпичных зданий, «Метрополь» опирался на стальной скелет, что позволило значительно увеличить высоту здания и создать просторные, хорошо освещенные помещения. Металлический каркас обеспечил прочность и устойчивость конструкции, позволяя реализовать сложные архитектурные формы и большие оконные проемы, характерные для стиля модерн.
Применение железобетонных перекрытий. Железобетон, сочетающий в себе прочность бетона и гибкость стали, позволил создать легкие и прочные перекрытия, устойчивые к возгоранию. Это было особенно важно после пожара 1901 года, который выявил уязвимость деревянных конструкций. Использование железобетона повысило безопасность и долговечность здания.
Система центрального отопления «Метрополя» – первый опыт такого рода, реализованный в московской гостинице. Система обеспечивала равномерное распределение тепла по всем помещениям. Это стало значительным шагом вперед по сравнению с традиционными печными системами, требующими постоянного обслуживания и создающими неравномерный температурный режим.
Система электроснабжения. «Метрополь» стал одним из первых зданий в Москве, оборудованных системой электрического освещения. Электрические лампы заменили газовые фонари, обеспечивая более яркое и безопасное освещение. Электричество использовалось не только для освещения, но и для работы лифтов, также являвшихся новшеством для того времени.
Система вентиляции. В гостинице была установлена современная система вентиляции, обеспечивающая приток свежего воздуха и удаление загрязненного. Это создавало комфортные условия для проживания и работы, способствуя хорошему самочувствию гостей и персонала. Система вентиляции была особенно важна для больших помещений, таких как рестораны и конференц-залы.

Помимо уже перечисленных новшеств в оборудовании гостиницы были использованы самые современные технические новинки того времени, включая холодильники. А в 1906 году в здании гостиницы открыли первый в Москве двухзальный кинотеатр, называвшийся «Театр Модерн».

Гостиница «Метрополь», 1905 год. Изображение: Wikimedia Commons

Пожар 1901 года и его влияние на ход строительства

Крупный пожар, произошедший в 1901 году, стал одним из самых драматичных событий в истории гостиницы. Он нанес значительный ущерб ещё недостроенному зданию, потребовало пересмотра инженерных решений и оказало существенное влияние на дальнейший ход строительства. Огонь бушевал полтора суток, уничтожая деревянные перекрытия, строительные материалы и часть уже возведённых конструкций. Работа пожарных расчётов осложнялась труднодоступностью некоторых участков здания и интенсивным пламенем.

Последствия пожара оказались серьёзными. Сгорел весь чердак здания, местами выгорели второй и третий этажи, но лицевая сторона, со стороны Малого театра, осталась в целости. Ущерб оценивался в крупную сумму, что серьёзно осложнило финансовое положение строительного проекта. Однако, наиболее важным следствием пожара стало переосмысление подхода к пожарной безопасности, что в дальнейшем повлияло на выбор материалов и конструктивных решений.

После пожара были проведены тщательные экспертизы и оценка причин произошедшего. Результаты расследования послужили основанием для пересмотра проектной документации и усиления мер пожарной безопасности. Было принято решение об активном использовании негорючих материалов, таких как кирпич, бетон и металл, для отделки и возведения конструкций здания.

Восстановительные работы после пожара затянулись на четыре года. Гостиница была открыта в 1905 году. Помимо устранения последствий огня, потребовалось внести изменения в проект, учитывающие новые требования пожарной безопасности. Металлический каркас был усилен, а деревянные элементы заменены на огнестойкие.

Строительство «Метрополя» стимулировало развитие строительной индустрии в Москве. Местные предприятия осваивали новые технологии и материалы, перенимая опыт зарубежных специалистов. Это способствовало повышению качества строительства и появлению новых архитектурных шедевров в городе. Внедрение инноваций оказало значительное влияние на дальнейшее развитие строительства в Москве и во всей России. Гостиница стала образцом для подражания и вдохновением для многих архитекторов и строителей.

Здание гостиницы «Метрополь». 1930-е годы. Главархив Москвы. Изображение: mos.ru

Ресторан «Метрополь»: храм вкуса под стеклянным куполом

Одной из наиболее сложных архитектурных задач стало проектирование и строительство ресторана гостиницы. Необходимо было создать грандиозный, соответствующий парадным фасадам здания зал с балконами-лоджиями и увенчать помещение стеклянным куполом.

В решении этой задачи пригласили принять участие инженера передовых взглядов, активно работающего в области строительства и архитектуры, Владимир Шухова. В результате его сотрудничества с архитекторами Вильямом Валькотом и Павлом Висневским появилась удивительная система из трех стеклянных куполов, возведенных над центральным залом отеля, в котором разместился ресторан.

Изображение: Irina Glazyrina, CC BY-SA 3.0, via Wikimedia Commons

Ресторан является сердцем гостиницы «Метрополь». Он представляет собой просторный трехуровневый атриум - внутреннее пространство, залитое светом благодаря стеклянной крыше. Этот зал изначально задумывался как театральное пространство на три тысячи зрителей, но в дальнейшем проект был трансформирован в ресторан.

В своем текущем облике ресторан появился после двух реконструкций: сначала, после пожара, архитектор С.П. Галензовский оформил его в стиле модерн, а затем А. Эрихсон внес элементы неоклассики. В центре зала находится фонтан из белого мрамора, создающий атмосферу спокойствия.

Ресторан занимает три этажа здания, но благодаря высоте гостиницы «Метрополь», из номеров верхних этажей открывается уникальный вид сверху на витражный потолок. С этой перспективы витражи выглядят непрозрачными, но можно оценить сложность их конструкции. Над атриумом возвышается двухслойная стеклянная крыша, напоминающая перекрытие ЦУМа, которую можно заметить с улицы, если смотреть на здание издалека.

Интерьер ресторана гостиницы «Метрополь». Изображение: A.Savin, FAL, via Wikimedia Commons

Инженерное решение Шухова для "Метрополя" представляет собой конструкцию из трех куполов. Главный верхний купол обеспечивает защиту от непогоды - ветра и снега, а также пропускает свет в пространство над рестораном, к которому обращены окна верхних этажей гостиницы. Средний купол играет роль дополнительной защиты, предохраняя нижний купол от загрязнений, и оснащен механизмами для очистки. Нижний купол, украшенный в 1904 году росписями художников Сергея Чехонина и Татьяны Луговской, парит над залом ресторана на высоте 12 метров. Узнаваемая мозаика купола, составленная из 2400 стекол с изображениями крылатых быков, Адама и Евы, является частью художественного наследия наряду с панно Врубеля, работами Александра Головина и барельефом Николая Андреева под названием «Времена года».

Огромная полусфера накрыла помещение площадью 560 квадратных метров, В яркий летний день солнечные лучи, пройдя через верхние купола и красочную роспись потолочного стекла, легким многоцветным бисером рассыпаются по залу. Вечером с началом работы ресторана включаются верхние светильники.

Малый зал ресторана был решен в «английском духе». В декоративном оформлении кофейни использовались мрамор и формованный гипс. Стены и потолок помещения были отделаны зеркалами, благодаря чему роспись плафона, которую создал художник Игнатий Нивинский, многократно повторялась в зеркальном отражении.

«Метрополь» в истории: переплетение судеб

Гостиница «Метрополь — свидетельница множества исторических событий и место пересечений судеб выдающихся личностей. От революционеров и политиков до деятелей искусства и литературы, — с момента своего открытия «Метрополь» принимал в своих стенах тех, кто формировал историю.

В начале XX века новый модный отель стал одним из центров притяжения для интеллектуальной и художественной элиты. Его стены помнят голоса Сергея Есенина, Владимира Маяковского, Александра Блока, Валерия Брюсова и многих других представителей Серебряного века. Вместе с тем в «Метрополе» жили и работали многие революционеры, в том числе Владимир Ленин, Яков Свердлов, Лев Троцкий.

Интерьер Гранд-лобби отеля и бара «Шаляпин». Изображение: Ivsergal, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons

После установления советской власти здесь останавливались известные государственные деятели, дипломаты, представители зарубежных делегаций. Гостиница была одной из визитных карточек советской Москвы, местом проведения международных конференций и встреч на высшем уровне. В разные годы в «Метрополе» останавливались мировые знаменитости, посещавшие СССР — английский драматург Бернард Шоу, голливудская звезда Марлен Дитрих, немецкий драматург и теоретик театра Бертольд Брехт, американский писатель Джон Стейнбек и многие другие.

Сегодня «Метрополь» — это живая история, запечатленная в камне, продолжающая привлекать внимание и восхищение посетителей со всего мира. История его строительства — это история амбициозного замысла, преодоления трудностей и торжества гения.

Автор текста Инна Бобровская

Изображение на обложке: Ivsergal, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons

17 января 2026 13 мин.

Знай меру, или Как человечество научилось измерять все вокру...

В своей повседневной жизни мы постоянно сталкиваемся с необходимостью проводить измерения. Длина, объем, вес, время… Окружающий мир познается нами через измерение множества параметров. Именно измерения позволяют количественно описывать материальный мир и выявлять закономерности, протекающие в природе. Как рождалось искусство измерения и как оно развивалось вместе с человечеством? Об этом расскажем в нашей статье.

Шумеры и египтяне: метрология древнего мира

Как писал основоположник российской метрологии Дмитрий Иванович Менделеев: «Наука начинается там, где начинают измерять». Но и сами измерения — это тоже наука. Она называетсяметрологией. Подобно деталям сложного механизма, все меры взаимосвязаны, словно нити в ткани мироздания: длина, поверхность, объем — сплетаются в единый узор.

Необходимость в использовании мер возникла в глубокой древности, когда появилась потребность в строительстве жилья, изготовлении инструментов и посуды. Одним из первых документов, регламентирующих метрологические нормы, считается Ветхий Завет. В Пятикнижии содержится призыв к справедливости в измерениях: «Не делайте неправды в суде, в мере, в весе и в измерении». И раньше всего возникла необходимость измерять длину, площадь, объем и вес.

Первые системы мер появились в IV тысячелетии до н. э. в государстве Шумер, расположенном в междуречье Тигра и Евфрата, а также в Древнем Египте. Впоследствии шумерская система мер была заимствована многими государствами Ближнего и Среднего Востока, такими как Аккад, Вавилон, Элам, Ассирия, Урарту, Финикия, Персия, Мидия и другие. Объединившись с египетскими мерами, шумерская система дала начало античным мерам, а затем европейской и восточной метрологиям, включая метрологию Древней Руси.

Изображение: Freepik

Шумеро-вавилонская система мер и весов легла в основу метрологии Древней Передней Азии. Согласно ей, сутки делились на день и ночь — по 12 часов. Час определялся временем вытекания воды из кубического сосуда. Длина ребра этого куба служила единицей длины, известной как «священный фут». Площадь квадрата со стороной в 1 фут служила эталоном площади, а объем куба с ребром в 1 фут — единицей объема. Масса кубического фута воды определялась как вавилонский талант, древнейшая единица массы. В Вавилоне существовала взаимосвязь между единицами времени, длины, площади, объема и массы. Шумеро-Вавилонская система оказала значительное влияние на развитие метрологии и в некоторых своих деталях дошла до наших дней. Так, например, шестидесятеричная система счисления, зародившаяся в те времена, до сих пор используется при измерении градусов и времени.

В Древнем Египте для измерения массы использовались весы и гири, которые появились еще в эпоху Древнего царства. Первоначально весами пользовались ювелиры, однако позднее их применение расширилось. Наиболее распространенной мерой веса был дебен — 91 грамм, состоящий из 10 кебетов. В торговле применялись бронзовые гири, выполненные в виде животных. Вместе с тем многие продукты и материалы мерили, минуя взвешивание на весах, при помощи специальных мерных сосудов. Для измерения объема зерна использовался бочонок хекат — 4,5 литра, а для вина и молока амфоры — 13 литров. Более ценные жидкости, такие как духи, измерялись в единицах хену — около 0,5 литра. При этом на сосудах наносились обозначения, указывающие их объем. Этот принцип изначально указывать объем на сосуде в ходу у человечества и до сих пор, например, на стеклянных винных бутылках цифры, определяющие объем, как правило, отформованы вместе с сосудом, а указывать вес товара на упаковке предписывают правила торговли во многих странах. Дожил до наших дней и способ измерения веса через объем. Всем нам знакомы распространенные в домашнем быту мерные кружки и ложки, при помощи можно отмерить нужный вес сахара, воды, крупы, муки или, например, дозу лекарства.

Мерные ложки. Изображение: Freepik

Человек как мерило вещей: что такое антропоморфные меры

В древние времена в качестве эталонов для измерений чаще всего использовали осязаемые предметы: камни, зерна, деревянные бруски, шнуры и элементы домашней утвари. А при определении длины часто ориентировались на части тела человека, такие как шаг, размер стопы, протяженность руки или пальца. Так родились антропоморфные меры, которые были в ходу вплоть до конца XIX века, а кое-где применяются и поныне.

Уже древнеегипетская цивилизация отдавала предпочтение антропоморфным единицам измерения длины. "Локоть", равный расстоянию от локтевого сгиба до кончика среднего пальца, делился на более мелкие части: "ладонь", "пядь", "ступню" и "палец". Современные ученые установили, что:

"локоть" составлял 466 мм;
"ладонь" — 66,5 мм;
"палец" — 16,6 мм.

При этом "локоть" вмещал семь "ладоней", а "ладонь" — четыре "пальца". В период III династии был введен "царский локоть", который превышал обычный на "пядь" и составлял 52,3 см. Архитектурные сооружения Египта того времени отличались точностью размеров. Так, высота пирамиды Хеопса — 146,6 м, или 442 "локтя" и 100 "ладоней", пирамиды Снофру — 93,2 м, или 200 "локтей". Даже размеры папирусов, используемых в школах для письма, были стандартизированы и составляли 10 "пальцев", или 16,6 см.

"Царский локоть" с надписью имени царя Аменхотепа II, позолоченное дерево. 1427–1401 гг. до н. э. Изображение: Museo Egizio In Turin (IT) , CC0, via Wikimedia Commons

Английский дюйм изначально также был не чем иным, как антропоморфной мерой, которая изначально соответствовала размеру сустава большого пальца руки. Однако в 1324 году король Англии Эдуард II издал указ, определивший дюйм как длину, равную сумме длин трех ячменных зерен. При этом зерна должны были быть отобраны из середины колоса и расположены вплотную друг к другу концами. Непосредственно связанными с размерами человеческого тела были и многие другие английские меры:

палец — мера длины, сохранившаяся от римлян. Она равнялась 19,05 мм и составляла 3/4 от дюйма;
фут — единица измерения, соответствующая приблизительной длине человеческой ступни. Эта мера появилась после нормандского вторжения в 1066 году. В XII столетии фут, близкий к современному значению, был отмечен на основании колонны собора Святого Павла в Лондоне и вошел в историю под названием «фут святого Павла»;
ярд — берет свое начало в эпоху правления короля Генриха I. Одна из версий гласит, что в 1101 году монаршим указом ярд был определен как отрезок от кончика носа короля до дистальной фаланги вытянутого среднего пальца.

Эталоны длины на стене обсерватории в Гринвиче. Лондон, Великобритания. Изображение: Dietmar Rabich, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons

Своя система мер длины, хотя и менее известная, чем британская, существовала и во Франции. И в ней также подавляющее большинство единиц были антропоморфными:

пус — в переводе с французского означает "большой палец". Известный также как "французский дюйм", или "королевский дюйм", он составлял 2,7 сантиметра. Франкоязычные канадцы в Квебеке до сих пор используют эту единицу измерения;
пье — французский фут, еще назывался «ступня короля», и был длиннее, чем английский фут: 32,48 см против 30,48 см;
туаз — всегда был равен 6 пье. Он использовался как мера длины и как измерительный инструмент. Во Франции в туазах измеряли рост человека;
куд — у французов означал локоть и был равен примерно 45 см.

Близко иль далеко: фарлонги, мили и другие единицы измерения расстояния

Читая старые книги, мы порой довольно смутно представляем себе расстояния, о которых там идет речь, ведь, как правило, они также измерены в непривычных для нас единицах. И вместо метров и километров мы слышим о верстах, милях или, например, еще более экзотических фарлонгах. Давайте же попробуем разобраться и в этих хитросплетениях.

Миля произошла от римской меры, обозначавшей тысячу двойных шагов солдат. До введения метрической системы она использовалась в разных странах, и ее величина могла варьироваться. Например, в Египте — 0,58 км, в Норвегии — до 11,3 км. Британская и американская статутная миля равна 1609,34 метра и до сих пор используется в США. В мореплавании и авиации применяется морская миля — 1852 метра.

И коль скоро речь зашла о расстояниях, расскажем еще о нескольких единицах его измерения, названия которых можно встретить в литературе:

фатом — морская сажень — равен 6 футам, то есть 1,83 м;
фарлонг — 201,17 м (прим. ред.: упоминание об этой мере длины можно встретить в рассказе Артура Конан Дойля «Серебряный»). Сухопутная миля равняется 8 фарлонгам;
лига — британская и американская единица измерения расстояния, равная 3 милям.

Что качается русской версты, то она фигурирует в летописных источниках с 1097 года. Само название «верста» произошло от слова "вертеть" — имеется в виду расстояние от одного поворота плуга во время пахоты до другого. Существовали различные типы верст: путевая, состоявшая из 500 саженей, что в современных единицах составляет примерно 1066,8 метра, и межевая, достигавшая 1000 саженей, или двух путевых верст. Использовались они для измерения протяженности пути и площади земельных наделов соответственно.

Верстовой столб перед музеем «Дом станционного смотрителя» (Выра, Гатчинский район, Ленинградская обл.). Изображение: AlPanich, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons

Все по-русски: какие меры использовали на Руси

В Древней Руси применялась собственная система мер, включая единицы длины, объема и веса. К древнейшим мерам длины, также антропоморфным, относились локоть и сажень:

локоть определялся как расстояние от локтя до кончика среднего пальца и приблизительно соответствовал половине английского ярда;
сажень, происходящая от слова "сяг" — шаг, первоначально обозначала расстояние шага, а позднее подразделялась на различные виды, такие как маховая, косая, казенная и другие.

Маховая мера, охватывающая размах рук от кончиков средних пальцев, достигала примерно 176 сантиметров. Наряду с ней существовала простая сажень, определяемая дистанцией между большими пальцами максимально разведенных рук и составлявшая 152 см. Наибольшей была косая сажень — от кончиков пальцев поднятой руки до пальцев противоположной ноги, равная 248 см;

четверть определялась расстоянием между большим и указательным пальцами, пядь — расстоянием от большого пальца до мизинца
аршин составлял четыре четверти и трижды укладывался в косой сажени.

А вот в качестве мер жидких тел использовались сосуды, по имени которых и были названы соответствующие меры: бочки, ведра, корчаги, насадки, кружки и чарки:

корчагами, составлявшими 12 кг, измеряли мед и воск;
насадка равнялась 2,5 ведра и могла выражаться в кружках — 1 насадка включала 30 кружек;
бочка содержала 4 насадки, или 10 ведер.

Для сыпучих тел также применялись бочки и кади. Кадь, хлебная мера, вмещала 14 пудов ржи — около 230 кг, и делилась на половины или осьмины/четверики. Существовали также и местные меры: коробья, пуз, рогожа, лукно и другие.

Русский фунт был меньше английского и составлял 400, а не 454 грамма. Он подразделялся на 96 золотников, а золотник — на 96 долей. Помимо торгового фунта, использовался аптекарский фунт, делившийся на 12 унций. Более крупными единицами являлись пуд — 40 фунтов, и берковец — 10 пудов.В период правления Петра I получили распространение английские меры, в особенности футы и дюймы, которые широко применялись во флоте и кораблестроении. К мелким русским мерам, заимствованным у англичан, относилась точка — 0,1 линии, которая, в свою очередь, соответствовала 0,1 дюйма. Предположительно от «точки» и произошло слово "точность". Также при Петре I появилась немецкая мера штоф — десятая часть ведра, ставшая мерой объема алкогольных напитков. Тогда же появилась и бутылка — полштофа, или 1/20 ведра.

Водочные штоф, полуштоф и штофик, XVIII век. Музей воды, Санкт-Петербург. Изображение: George Shuklin, CC BY-SA 1.0, via Wikimedia Commons

Как в аптеке: фармацевтические и ювелирные единицы измерения

В сферах, где требуется высокая точность, особое значение приобретали аптечные и ювелирные единицы измерения, некоторые из которых, как, например, карат и гран, до сих пор в ходу. По сей день используется в англоязычных странах и унция, введенная в обиход древними римлянами.

Название хорошо всем известной единицы карат, используемой для измерения веса драгоценных камней, происходит от греческого слова, означающего "горошина". Вес карата был равен высушенной горошине рожкового дерева (прим. ред.: растение семейства бобовых, произрастает в Средиземноморском регионе и на Ближнем Востоке). Масса подобной горошины варьируется от 0,15 до 0,20 грамма, и ее издавна применяли в качестве крошечной гирьки для взвешивания драгоценностей. Международный стандарт карата был установлен в 1907 году на конференции в Париже. Связана с растительным миром и известная аптекарская единица веса гран, что в переводе с латыни означает "зерно". Изначально гран соответствовал массе одного зерна, как правило, ячменя.

Что касается унции, то в Древнем Риме унция равнялась 1/12 римской либры, весовой меры в 327,45 грамма, и использовалась для измерения веса золота. В средневековой Европе унция была важной единицей массы, применяемой для мелкого аптекарского веса и взвешивания драгоценных металлов. В современном мире тройская унция широко используется в банковском и ювелирном деле для определения массы драгоценных металлов, а также в косметике для измерения массы ценных ингредиентов. Скрупул — еще одна старинная весовая единица, равная 1,14 грамма, применялась в основном для взвешивания серебра и золота. Позднее скрупул был включен в аптекарскую систему мер. Сегодня эта единица меры вышла из употребления, но во многих европейских языках о ней по сию пору напоминает слово «скрупулезность», т.е. аккуратность и точность в мелочах.

Аптекарский скрупул. Изображение: The Portable Antiquities Scheme/ The Trustees of the British Museum, CC BY-SA 2.0, via Wikimedia Commons

Под одну гребенку: как произошел переход на единую метрическую систему

Сегодня мы с вами по преимуществу живем внутри так называемой метрической системы, которая представляет собой всемирно принятую десятичную систему единиц, основанную на метре и килограмме. Ее используют повсеместно как в науке, так и в быту. Но путь человечества к этой унификации был долгим и непростым.

Со времен феодальной раздробленности в мире не существовало единой системы мер и весов, которую бы всегда и везде можно было проверить. Каждый регион устанавливал свои законы и порядки. Но чем крепче становились межрегиональные связи, тем больше неудобств, прежде всего для торговли, создавало такое положение вещей. Идея создания десятичной системы измерений принадлежит французскому ученому Габриелю Мутону, жившему в XVII веке. И первые попытки внедрить некую универсальную систему мер тоже были предприняты во Франции.

Многие французские монархи пытались внедрить парижские стандарты туаз и фунт как общенациональные, но успехом эти попытки не увенчалось. Феодалы отчаянно цеплялись за свои привилегии: возможность использовать собственные меры давала им шанс существенно завышать объем повинностей, которые крестьяне должны были выполнять. В итоге хаос в области измерений благополучно просуществовал вплоть до Великой французской революции 1789 года, когда идея Габриеля Мутона, высказанная веком ранее, наконец получила применение.

В 1790 году Парижская академия наук предложила новое десятичное деление единиц. За единицу длины приняли одну сорокамиллионную часть земного меридиана — метр. А на основе метра построили и всю систему, названную метрической.

Гравюра, которая иллюстрирует шесть новых десятичных единиц, которые стали законодательной нормой во всей Франции с 4 ноября 1800 года; современная линейка. Изображения: Wikimedia Commons; Freepik

Метрическая система изначально задумывалась как международная. Ее единицы отличались от национальных, а названия единиц и десятичных приставок образованы от мертвых языков — латинского и древнегреческого.

За основную меру веса был принят вес 0,01 кубического метра чистой воды при температуре таяния льда 0 градусов.
Для жидких и сыпучих тел за основу был взят литр — 0,1 кубометра.
Для измерения поверхности: ар — квадрат 10 на 10 метров.

Основные названия единиц были заимствованы из греческого языка: метрон (мера), арос (пашня), грамма (надпись), литра (весовой фунт), стереос (твердый).

А для обозначения множителей и долей использовались греческие и латинские числительные: мириа (10000), кило (1000), гекто (100), дека (10) — греческие; милли (1000), санти (100), деци (10) — латинские.

К лету 1799-го во Франции создали платиновые прототипы для метра и килограмма. Однако только с начала 1840 года метрическая система окончательно прижилась во Франции. И оказалась настолько удобной, что в скором времени ее приняли и близлежащие страны Европы: Испания в 1849-м, Португалия в 1852-м, Германия в 1868-м, а Англия в 1864-м. В Соединенных Штатах начиная с 1866 года разрешили использовать как привычные, так и метрические единицы измерения.

Сегодня в некоторых странах все еще применяются некоторые неметрические единицы. В частности, британская имперская система сохраняется в обиходе в Великобритании, Соединенных Штатах Америки и отчасти в Канаде. И хотя в европейских странах уже давно перешли на метрическую систему, основанную на десятичных дробях, там тоже все еще приходится сталкиваться с английскими и американскими единицами: дюймами, футами, ярдами, милями, акрами, фунтами, пинтами, галлонами и баррелями. К примеру, диагональ экрана телевизора, диаметры труб (металлических и пластиковых), размеры гаечных ключей, болтов и гаек традиционно указываются в дюймах. С неметрической системой мы сталкиваемся и когда слышим о стоимости нефти, цена которой традиционно устанавливается за баррель (прим. ред.: 1 нефтяной баррель равен 158,988 литра), или когда слышим о колебаниях на бирже курса золота, вес которого по-прежнему принято указывать в унциях.

Баррель (бочка) нефти. Изображение: Freepik

Что касается нашей страны, то ведра, корчаги и аршины давно ушли в прошлое: декрет «О введении Международной метрической системы мер и весов» был принят советским правительством 14 сентября 1918 года. А о том, как он внедрялся в жизнь, расскажем в одном из наших следующих материалов.