Академик Дмитрий Кнорре предвосхитил развитие биофармацевтики.
Есть люди, идущие в науке непроторенными путями. Школа Дмитрия Георгиевича Кнорре, столетний юбилей которого отмечался 28 июля, заложила основы молекулярной биологии в Сибири. В 1967 году, на полвека опередив порывы в этой области ведущих фармацевтических компаний, в журнале Tetrahedron Lett вышла статья сибирского химика Нины Гриневой и ее коллег, впервые доказавшая возможность создания ген-направленных биологически активных веществ на основе олигонуклеотидов.
Через 20 лет направление молекулярной биологии, в рамках которого исследовался механизм биосинтеза белка с помощью метода аффинной модификации, неофициально именовалось на международных конгрессах Russian field («русская область исследований»). Благодаря Д.Г.Кнорре, видение фундаментальной науки, близкое к мировым трендам, осталось в названии Отделения РАН, которым он многие годы руководил. Теперь это Отделение физико-химической биологии.
А на Всероссийской конференции с международным участием «Инженерная биология и биофармацевтика», приуроченной к 100-летию основателя Новосибирского института биоорганической химии (в настоящее время - Институт химической биологии и фундаментальной медицины им. Д.Г.Кнорре СО РАН), впервые в России была проведена полноформатная сессия, посвященная онколитическим вирусам. И это можно считать новым прорывом школы Кнорре в области биофармацевтики.
Фото предоставлено пресс-службой ИХБФМ СО РАН
– Недавно мысль, что нуклеиновые кислоты могут быть терапевтическими средствами, казалась совершенно фантастической, - признается директор ИХБФМ СО РАН Владимир Коваль. - Сегодня все знают «Спинразу» - лекарство от спинально-мышечной атрофии, зарегистрировано еще два десятка средств на основе нуклеиновых кислот широкого диапазона. Конференция «Инженерная биология и биофармацевтика» уже шестая - первая была приурочена к 80-летию Дмитрия Георгиевича.
Конечно, тематика докладов изрядно вышла за рамки научных интересов академика - он занимался физико-химическими методами в биологии и был создателем сибирской школы химии нуклеиновых кислот. А сейчас в направления добавилось очень много структурной биологии, инженерной биологии, отдельные секции посвящены терапевтическим вирусам и бактериофагам как средству преодоления антибиотикорезистентности бактерий.
Сотрудники нашего института представили целый спектр работ по аптамерам и по использованию для терапии новых производных нуклеиновых кислот. Горжусь тем, что к юбилею мы успели назвать институт именем Д.Г.Кнорре и издать книгу воспоминаний друзей и коллег «Академик. Учитель. Друг. К 100-летию со дня рождения Д.Г.Кнорре», камерную и в то же время разностороннюю.
Но больше всего обрадовался бы Дмитрий Георгиевич результатам нашего института. Во-первых, в этом году прошел вторую стадию клинических испытаний первый в России лекарственный препарат на основе рекомбинантного онколитического вируса против рака молочной железы. Он создан в лаборатории Владимира Рихтера. Во-вторых, наш институт, опять же единственный в стране, выиграл грант Министерства науки и высшего образования РФ на создание синтезатора нуклеиновых кислот. А принципы этой работы были разработаны в конце 1980-х годов: в только что организованном Д.Г.Кнорре Новосибирском институте биоорганической химии создали и испытали советский синтезатор «Виктория-6М». Для прорывов нужны фундаментальные основы, и Дмитрий Георгиевич их заложил.
Вспоминая учителя
Конференция собрала около 300 ученых из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска, Владивостока, Красноярска, Томска, Сочи, Уфы, Рязани, Краснодара, исследователей из Республики Беларусь, Узбекистана и Армении. Ключевой темой мероприятия стали актуальные достижения в области физико-химической биологии и биотехнологии, а также перевод фундаментальных знаний в прикладные медицинские разработки. В ходе четырехдневной сессии (28-31 июля) работало несколько тематических секций, самой крупной из которых оказалась секция по терапевтическим нуклеиновым кислотам. Именно этой тематикой начинал заниматься Дмитрий Георгиевич Кнорре.
По традиции в первый день конференции состоялись Кнорровские чтения. Представители наиболее известных академических школ в инженерной биологии рассказывали молодежи о своих исследованиях. С лекцией о расчетных и инструментальных методах создания селективных антител против инфекций выступил академик Александр Габибов, директор Государственного научного центра «Институт биоорганической химии им. академиков М.М.Шемякина и Ю.А.Овчинникова РАН». О рациональном дизайне противораковых соединений рассказал научный руководитель НОМЦ «Ядерная медицина» НИЦ «Курчатовский институт» академик Сергей Деев.
– Отрадно видеть, что институт отметил юбилей своего основателя Дмитрия Георгиевича Кнорре такой прекрасной, я бы сказал, выдающейся конференцией. Очень приятно видеть единство опыта и молодости, самые передовые достижения науки и трансляцию их в реальный сектор экономики, - отметил академик Владимир Попов, научный руководитель ФИЦ Биотехнологии РАН.
Участвовали в чтениях и институтские корифеи, ученики Дмитрия Георгиевича, который как магнитом притягивал к себе таланты. Достаточно упомянуть, что из лаборатории природных полимеров Института органической химии (НИОХ), с заведования которой началась сибирская карьера Д.Г.Кнорре, вышли четыре академика - Лев Сандахчиев, Михаил Грачев, Валентин Власов и Ольга Лаврик. Двое последних по-прежнему работают в ИХБФМ СО РАН и выступили на Кнорровских чтениях, вспомнив об учителе.
– Дмитрий Георгиевич был руководителем моей аспирантской работы, - рассказывает заведующая лабораторией биоорганической химии ферментов ИХБФМ СО РАН академик О.Лаврик. - Будучи физико-химиком, он хотел, чтобы его аспиранты по-настоящему владели методами на стыке наук. Моя кандидатская диссертация была посвящена исследованию механизма действия ферментов, то есть биокатализу. Все начиналось в Новосибирском институте органической химии, возглавляемом Николаем Николаевичем Ворожцовым, у которого Д.Г.Кнорре учился на кафедре в Менделеевском институте. Там была организована лаборатория природных полимеров, где работали выдающиеся люди.
Вдохновленные наукой
В лабораторию перешли многие сотрудники других подразделений НИОХ. Так, докладами Д.Г.Кнорре на институтских семинарах очень увлекся блестящий экспериментатор Л.Сандахчиев, будущий организатор Государственного научного центра вирусологии и биотехнологий «Вектор». За ним последовали в лабораторию М.Грачев, впоследствии многие годы возглавлявший иркутский Лимнологический институт СО РАН, Эрнст Малыгин, Станислав Василенко - будущие ведущие сотрудники «Вектора».
– Работать было легко и очень интересно, - вспоминает Ольга Ивановна. - Дмитрий Георгиевич обучал меня принципам физической химии и ферментативного катализа, а как делать эксперименты, как работать с белками, - для этого учителей в его прекрасной лаборатории было предостаточно. Когда в 1970-м лаборатория переросла в отдел биохимии, Кнорре резко активизировал сотрудничество с ведущими российскими институтами. В частности, он регулярно посылал меня на конференции, организуемые лабораторией химической энзимологии МГУ, которой руководил Илья Васильевич Березин. Это была главная российская структура, занимавшаяся ферментативным катализом.
К моей радости, завязались контакты и с лабораторией Владимира Александровича Энгельгардта в Институте молекулярной биологии в Москве, а именно - с группой Льва Львовича Киселева. А Л.Л.Киселев работал с ведущими лабораториями Франции, с такими корифеями французской науки, как Жан-Пьер Эбель и Марианна Грюнберг-Манаго. И в 1972 году в Пущине прошел первый советско-французский симпозиум. Туда приехал весь цвет исследователей биосинтеза белка из Франции. О большем я как аспирантка и мечтать не могла. Но планы Дмитрия Георгиевича шли еще дальше…
Когда мы, его ученики - я, Валентина Зарытова, Валентин Власов - защитили кандидатские диссертации, он поделился с нами замыслом организовать в Новосибирском Академгородке новый институт биоорганической химии и велел нам работать над докторскими диссертациями. Когда мы защитили диссертации в рамках основных тематик будущего института, Д.Г.Кнорре сразу поручил нам заведование лабораториями. Я возглавила лабораторию биоорганической химии ферментов.
Тематика исследований вновь созданного института выглядела очень цельно: Дмитрия Георгиевича увлекла идея адресного воздействия на ДНК и РНК. Он был директором, искренне болеющим за дело, и скрупулезно продумывал, как лаборатории будут сотрудничать друг с другом наилучшим образом, дополняя палитру исследований. Не случайно в названии института фигурировала биоорганическая химия: Дмитрий Георгиевич создал блок химических лабораторий и пригласил целую плеяду выдающихся специалистов-химиков, в том числе вновь из НИОХ.
В институте развивалась аффинная модификация - перспективный метод исследования сложных ферментативных систем, намного опережавший все, что делалось в те годы в стране и за рубежом. Был создан целый спектр реакционноспособных соединений для изучения механизма действия аминоацил-тРНК-синтетаз, РНК-полимераз, рибосом. Акцент был сделан на фотохимические реагенты.
Я считаю главным достижением Дмитрия Георгиевича организацию института таким образом, что у нас были прекрасные химические методы, приспособленные для исследований сложных молекулярных объектов. И во всем этом академик Кнорре принимал самое активное участие, будучи не просто директором, но и настоящим научным руководителем института. Он вникал в суть исследований, проводимых каждой лабораторией, читал специальную литературу, каким-то чудом находя на это время. О науке с ним говорить лучше всего было по выходным - Дмитрий Георгиевич обязательно приходил в институт, и дверь его кабинета была всегда открыта.
Вырастить специалиста
Еще руководя лабораторией в Новосибирском институте органической химии, Д.Г.Кнорре задумался о выстраивании системы подготовки кадров, для чего сразу пошел преподавать на факультет естественных наук Новосибирского государственного университета, а вскоре стал его деканом и 17 лет бессменно проработал на этом посту. Дмитрий Георгиевич предложил запустить так называемую «гибридную» систему обучения: химики и биологи осваивали фундаментальные знания из другой специальности, необходимые для работы в молекулярной биологии. Выпускники «гибридного» потока прекрасно знали биологию и владели физико-химическими методами.
– Мне посчастливилось стать его первым заместителем на кафедре молекулярной биологии ФЕН НГУ, потому прекрасно помню заседания этой кафедры, на которых формировались программы ключевых курсов, - продолжает О.Лаврик. - Став деканом, он всегда следил, чтобы оборудование в первую очередь получали другие кафедры, нам приходилось буквально вымаливать каждый прибор.
Вообще, Дмитрий Георгиевич отличался крайней щепетильностью. Никогда не ставил себя в соавторы публикаций, даже если принимал участие в исследованиях. Организовав институт, ушел с поста заведующего кафедрой - понимал, что времени не хватит, а номинально числиться в начальниках не мог. Впрочем, заложенных им и его соратником Рудольфом Иосифовичем Салгаником основ хватило надолго: за годы работы деканом и заведующим кафедрой Дмитрий Георгиевич успел настолько развить инновационные подходы к образованию, что программы, разработанные под его руководством, были заимствованы кафедрой химии природных соединений МГУ. Продуманная система подготовки специалистов и активные международные контакты спасли нас в 1990-е годы.
С думой о стране
Академик Кнорре, девизом которого было «Сначала подумай о стране, потом о себе», так до конца жизни и не простил сотрудников института, навсегда уехавших в тяжелое время за границу. С трудом привыкал к мысли, что выжить помогает только работа по зарубежным контрактам.
– Когда я, чтобы спасти лабораторию, начала активно сотрудничать с Францией и другими странами, искать для оставшихся в институте сотрудников моей лаборатории короткие стажировки и работу по институтским проектам в Европе и США, Дмитрий Георгиевич не сразу меня понял, - признается Ольга Ивановна. - Эти тяжелые годы показали, насколько современным и своевременным было создание химической базы для исследования сложных молекулярных систем.
С нами, причем именно по нашим тематикам, охотно стремились работать ведущие зарубежные лаборатории, что помогло нам получать гранты для исследований. Начались публикации в высокорейтинговых журналах. Авторитет нашего института от зарубежного сотрудничества только укреплялся. А потом отработала прекрасно выстроенная Д.Г.Кнорре система подготовки кадров: в нулевые к нам пришли новые студенты и аспиранты, в России заработала грантовая система, появились реактивы, оборудование…
Единственный пост, который сохранил за собой в институте Д.Г.Кнорре в последующие годы жизни, - председатель диссертационного совета. Именно так он мог, уже не руководя ни лабораторией, ни институтом, оставаться в курсе всех новых открытий, многие из которых его приводили в восторг. Академик Кнорре не только сам смотрел далеко вперед, но и искренне восхищался умению других пройти в науке непроторенной дорогой.
Ольга КОЛЕСОВА
Благодарим пресс-службу ИХБФМ СО РАН за помощь в подготовке материала.
Обложка: фото предоставлено пресс-службой ИХБФМ СО РАН
