Сегодня, согласно праздничному календарю, красная дата, выпадающая на 1 мая, носит в России названия «Праздник весны и труда». Но еще несколько десятилетий назад Первомай был Днем международной солидарности трудящихся, а одним их самых популярных слоганов этого праздника являлся лозунг, впервые провозглашённый Карлом Марксом в «Манифесте коммунистической партии»: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Согласитесь, звучит вдохновляюще, но есть один нюанс: чтобы соединиться, нужно как минимум понимать друг друга… Вместе с теорией марксизма поиск универсального языка общения превратился в одну из самых горячих тем последних ста пятидесяти лет. Впрочем, начался этот поиск гораздо раньше, чем в мире появились пролетарии, — и не закончился до сих пор. О том, как люди веками пытались научиться понимать друг друга без переводчиков, — читайте в нашем материале.
Homo sapiens начал использовать вербальный язык в качестве средства коммуникации примерно 100 тысяч лет назад. С расширением ареала обитания человека разумного его диалект стал видоизменяться, множиться, объединяться в лингвистические семьи. Сегодня, по подсчетам ученых, люди говорят уже более чем на 7000 наречий — причем в эту статистику входят только естественные языки.
Чем дальше шло развитие человеческой цивилизация, тем насущнее становилась потребность в некоем глобальном языке: торговцам по всему миру нужно было как-то общаться, ученые из разных частей света должны были обмениваться знаниями, а дипломаты вести переговоры.
Лингва-франка — универсальные языки в истории человечества
Конечно, в древности о создании искусственного способа общения никто не помышлял. В той или иной мере на роль универсального языка претендовали естественные — те, что были распространены шире большинства прочих диалектов. Лингвисты назвали такой язык специальным термином «лингва-франка»: ради участия в процессе коммуникации его вынуждены учить и использовать люди, у которых родной язык совершенно другой. На статус лингва-франка в разные исторические эпохи претендовали различные диалекты.
- Аккадский язык. Это язык был общим для народов Древней Месопотамии, Ассирии и Вавилона еще до нашей эры и продолжал играть в этом региона роль лингва-франка вплоть до XIV века до н. э.
- Арамейский язык. Данный язык, который в Европе называл халдейским, многие века выполнял роль лингва-франка в регионе Ближнего Востока. Особенно усилилось положение арамейского языка в эпоху Древнеперсидского царства Ахеменидов (VI век до н. э. — IV век до н. э.), при которых он стал официальным языком империи.
- Санскрит. Хотя и не мог считаться в полном смысле слова лингва-франка в I веке н. э. служил международным языком общения для монахов, паломников и торговцев в Южной Азии.
- Греческий койне (греческий общий) — еще одна древняя разновидность лингва-франка. Заслуга в его распространении по Средиземноморью и Ближнему Востоку принадлежит Александру Македонскому. Как раз после его завоеваний в IV веке до н.э. последующие несколько столетий греческий являлся основным языком межнационального общения в эллинистической культуре, на нем говорили и писали в Римской и Византийской империях.
- Вэньянь. Классический китайский язык на Востоке Евразии исполнял роль универсального языка культуры и дипломатии на протяжении более тысячи лет. Его влияние распространялось далеко за пределы Китая: на вэньяне писали свои исторические хроники и философские трактаты ученые Японии, Кореи и Вьетнама, а дипломатическая переписка между этими странами велась исключительно на древнекитайском. Вьетнамские императоры издавали указы на вэньяне, корейские конфуцианцы создавали на нем поэзию, а японская аристократия веками считала его языком истинной учености — примерно так же, как европейское дворянство латынь. Эта ситуация сохранялась вплоть до конца XIX — начала XX века, когда волна модернизации и рост национального самосознания заставили страны Восточной Азии перейти на собственные литературные языки.
- Португальский и испанский. В западном полушарии в XVI-XVIII веках статус лингва-франка обретал испанский, что было неудивительно: испанской короне там принадлежала немалая часть земель. Нельзя обойти вниманием и его ближайшего родственника — португальский, который в ту же эпоху стал важнейшим лингва-франка на просторах Индийского океана. Если испанский доминировал на суше, то португальский царил на море. На протяжении почти 250 лет — с XV по XVII век — он служил глобальным языком морской торговли. Португальские мореплаватели первыми из европейцев обогнули Африку и проложили путь в Индию, а вслед за кораблями шел и язык. На побережье Западной Африки, в индийском Гоа, в Малакке, на Цейлоне, в Макао и на островах Пряностей — везде, где возникали португальские фактории, звучала португальская речь. В отличие от латыни или французского, этот язык становился универсальным не в кабинетах ученых и дипломатов, а в портовых тавернах и на палубах кораблей, где бок о бок трудились европейцы, африканцы и азиаты. Именно из этой пестрой среды родились десятки креольских языков на португальской основе — от Кабо-Верде до Шри-Ланки и Малайзии, многие из которых живы и сегодня. Любопытный факт: португальский оставался языком межэтнического общения в прибрежных районах Индии и Шри-Ланки даже в XVIII веке, когда сама Португалия давно уступила лидерство голландцам и англичанам.
- Французский. Был распространен в Европе от Португалии до России с начала XVIII и до первой половины XIX века. Это был язык дипломатии, культуры и образования, на котором разговаривал ученый мир и аристократия. На нем писали свои сочинения такие нефранцузы, как немецкий философ Готфрид Лейбниц, король Пруссии Фридрих II, российская императрица Екатерина II, да в конце концов и «солнце русской поэзии» Александр Пушкин.
- Английский. Сегодня более других в распространении своего языка как международного языка общения преуспела Великобритания, наследница великой Британской империи, вплоть до начала ХХ века бывшая королевой морей и главной колониальной державой. Как итог — на английском заговорили почти по всему миру и продолжают говорить по сей день. Сегодня это язык путешествий, туризма, спутниковых систем, компьютеров и Интернета.
Мертвая латынь — живее всех живых
Отдельного разговора несомненно заслуживает латынь, которая удовлетворяла потребность эллинистического мира в универсальном языке в течение 13 столетий. На этот процесс существенно повлияла Католическая церковь, сделав латинский своим официальным языком. На нем проходили богослужения, писались религиозные трактаты, издавались научные труды, общались главы государств и ученые эпохи Ренессанса. Съезжавшихся со всех концов Старого Света в первые университеты студентов тоже обучали на латыни.
Интересно, что в то время как Западная Европа объединялась латынью, Восточная и Южная Европа тоже имели свой универсальный язык — церковнославянский. Созданный в IX веке Кириллом и Мефодием, он стал первым литературным и литургическим языком всех православных славян. На нём велись богослужения, писались летописи и жития святых на огромном пространстве от Чехии и Сербии до Московской Руси, а его влияние простиралось даже на Валахию и Молдавию, где он использовался в церкви и канцелярии вплоть до XVII века.
Конец господству латыни положила Реформация, после начала которой ее серьезно потеснили национальные языки ставшие языками национальных церквей. Однако вплоть до XVIII века латынь оставалась общим языком в научной и образовательной среде. Лишь к началу XIX века устаревшая для ведения международных торговых, военных и политических переговоров латынь вовсе утратила статус лингва-франка.
В современном лингвистическом понимании латынь стала «мертвым» языком. И тем не менее это самый живой из всех мертвых языков на планете. Во-первых, латинский по-прежнему остается языком католической церкви, на нем проводят обучение в католических школах и семинариях. Знание латыни важно для католических священников, богословов, теологов, религиоведов. Во-вторых, по-прежнему крайне востребованы в качестве исторических источников труды средневековых ученых, написанные на латыни. Вероятно, латинский еще надолго останется международным языком науки, ведь его и сегодня используют представители целого ряда профессиональных сфер, таких как юриспруденция и правоведение, медицина, фармакология, биология. Многие ученые, историки и священнослужители могут свободно читать и писать на латыни, но не владеют разговорной речью. Только на платформе Duolingo курс латыни привлек более миллиона человек.
Интересно, что в течении небольшого периода, а именно в конце XIX — начале XX века, статус главного языка науки принадлежал немецкому. По оценкам историков науки, в 1900 году немецкий не просто входил в «большую тройку» научных языков наряду с английским и французским, а доминировал. Именно на немецком публиковали свои прорывные работы ведущие ученые того времени, в том числе Альберт Эйнштейн и Макс Планк. Знание немецкого считалось обязательным для любого уважающего себя исследователя. Однако Первая мировая война нанесла по позициям немецкого сокрушительный удар: ученые из стран Антанты организовали бойкот коллегам из Германии и Австрии, отказывая им в участии в конференциях и публикациях в западноевропейских журналах. А в США, куда перемещался центр мировой науки, после вступления в войну в 1917 году немецкий язык и вовсе попал под запрет в 23 штатах: его запретили преподавать и использовать в публичном пространстве. На смену немецкому постепенно приходил английский — сначала как язык межвоенной науки, а затем и как глобальный лингва-франка.
Эсперанто: искусственный язык, который пытался стать идеальным
Однако привилегированное положение какого-либо национального языка, дающее преимущества тем, для кого он является родным, не может устраивать все человечество. Потому-то в умах энтузиастов и зародилась идея разработать искусственный язык, который предоставлял бы равные возможности всем людям без исключения. Уже более трех веков люди бьются над созданием «идеального языка», который понимали бы все жители Земли. Достаточно вспомнить попытку французского музыканта Жана Франсуа Сюдра, который еще в 1817 году предложил свой искусственный язык, основанный на названиях семи нот диатонической гаммы. Или проект британского математика Ланселота Хогбена, который в 1943 году разработал в качестве универсального языка Интерглоссу, в которой нет суффиксов и флексий. В современной лингвистике появилось даже отдельное направление — лингвосинергетика, которая рассматривает язык как сложную систему, связанную с сознанием его носителей. И эти носители постоянно адаптируют и модернизируют свою коммуникационную систему под требования эпохи. В том числе создают новые, более совершенные системы для общения. И наиболее удачной попыткой создания языка-посредника вот уже почти полтора столетия считается эсперанто.
Можно сказать, что корни лингвистического проекта «эсперанто» произрастают из России. Создатель этого языка Людвик Лазарь Заменгоф родился в польском Белостоке, а в 1859 году это была часть Российской империи. Высшее медицинское образование Заменгоф получал в Москве, где частично сменил свое имя, став Лазарем Марковичем. И наконец, первый учебник по эсперанто был издан именно в России и на русском же языке.
Первые попытки разработки универсального языка Людвик предпринял еще в гимназии. Однако отец не одобрил филологические опыты сына и отправил его учиться в Москву на окулиста. К занятию любимым делом Людвик вернулся спустя 5 лет, к 1887 году закончив разработку первого авторского учебника. Издан он был 26 июля 1887 года тиражом три тысячи экземпляров. Впрочем, автором на обложке книги «Международный язык. Предисловие и полный учебник» значился вовсе не Заменгоф, а некто D-r Esperanto. Псевдоним, обозначающий на новом языке «надеющийся», показался окулисту очень удачным. Ведь он искренне надеялся на то, что мир благосклонно примет его подарок — нейтральный язык для общения между людьми разных национальностей.
Чтобы язык стал популярным, он должен быть простым и красивым, полагал Заменгоф. В результате придуманный им язык стал миксом из лучших, по мнению его создателя, качеств других европейских языков — к примеру, мелодичности итальянского и грамматической простоты английского.
- Фонетика. Принцип «одному звуку — одна буква», то есть фонетическое написание слов. Способ прочтения буквы не зависит от ее положения в слове. В итоге устная речь приближена к письменной.
- Ударение. Ударение в словах эсперанто всегда падает на предпоследний слог.
- Морфология. Разные части речи для облегчения понимания имеют разные окончания: у существительных — «-o», у прилагательных — «-a», у наречий — «-e».
- Грамматика. Она сведена к 16 простым правилам, причем без исключений. Например, глаголы в эсперанто не изменяются по лицам и числам.
В первом же учебнике Заменгоф для привлечения внимания поместил образцы мировой поэзии в переводе на новый язык. Например, стихотворение «Белеет парус одинокий» Михаила Лермонтова на эсперанто:
Blankadas velo unusola
En la nebula mara blu'.
G^i kion lasis, kion volas
En fremdaj landoj serc^i plu?
А еще Заменгоф предпринял грамотный рекламный ход: бесплатно разослал свою брошюру уважаемым адресатам. Так в числе первых поклонников эсперанто оказался Лев Толстой. «Легкость обучения эсперанто такова, что я после не более двух часов занятий был в состоянии если не писать, то свободно читать на нем. Изучение эсперанто и его распространение, есть несомненно христианское дело, способствующее установлению царства Божия», — утверждал классик русской литературы.
Вскоре эсперанто стал без боя завоевывать одну европейскую страну за другой. Поклонники языка начали организовываться в сообщества, проводить конференции, конгрессы. Появились у эсперантистов и свои символы, главный из которых — зеленая звезда, пять концов которой символизируют континенты, объединенные одной надеждой на интеграцию всех стран и народов под крылом эсперанто. Всего же в первой трети XX века людей, говорящих на этом искусственном языке, было около 10 миллионов. Сегодня таковых около двух миллионов. Так что языковой эксперимент доктора Заменгофа, начатый 150 лет назад, выдержал проверку временем лучше, чем какой-либо другой искусственный язык.
В России популярность эсперанто была особенно велика: в 1889 году из тысячи зарегистрированных Заменгофом эсперантистов 912 проживали именно в нашей стране. И эта тенденция не менялась вплоть до середины 1930 годов. После 1917 года эсперанто получает в Советской России «зеленый свет», причем среди его приверженцев преобладают уже не толстовцы, а революционеры. Большевиков привлекала в новом языке идея интернациональности, которая как нельзя лучше сочеталась с планами мировой революции. Именно эсперанто отводилась роль языка мирового пролетариата.
С эсперанто, точнее, с его символикой, связана одна историческая легенда. Якобы военный нарком Лев Троцкий выбрал звезду в качестве символа Красной армии, увидев ее на груди одного из эсперантистов. Легенда гласит, что Лев Давидович велел заменить зеленый цвет на красный и нашить звезды на форму красноармейцев.
Москва не раз становилась столицей международных съездов эсперантистов, СССР обрастал общественными организациями вроде Союза Эсперантистов Советских стран. Но со второй половины 1930 годов ситуация резко изменилась. Причем не только в СССР. В Германии, охваченной идеологией национал-социализма, эсперанто был запрещен как рассадник еврейских заговоров. А в Советском Союзе атмосфера всеобщей подозрительности привела к тому, что эсперантистов начали обвинять в шпионаже — ведь они вели переписку по всему миру. Закончилось это для многих из них трагично. Согласно официальной статистике, репрессиям подверглись более 500 эсперантистов.
Возрождение движения эсперантистов в нашей стране произошло только к концу XX века. Однако до былой активности сегодняшним носителям этого языка еще очень далеко. Согласно данным Российского союза эсперантистов, в нем сегодня состоят всего 300 человек.
От волапюка до эльфийского: другие попытки создания универсального языка
Итальянский ученый и писатель Умберто Эко, автор знаменитого романа «Имя розы», в своей исследовательской работе «Поиск идеального языка» насчитал 83 лингвистических проекта по созданию идеального языка. На самом же деле таковых намного больше. Попробуем коротко описать три наиболее интересных из них.
- Подлинный знак. Одну из первых попыток создать язык с универсальными лингвистическими чертами предпринял британский священник Джон Уилкинс, в 1668 году написавший «Очерк о подлинном знаке и философском языке». Он мечтал разработать язык, который не только заменил бы латинский, но и способствовал распространению «истинной религии» — христианства. Уилкинс создал систему «подлинных знаков» с фиксированными значениями, понятными всем вне зависимости от языка. Для простоты он поделил все, что есть во Вселенной, на 40 классов, каждый из них обозначил слогом. Далее к нему добавлялась согласная буква («различия»), а после – гласная («виды»). К примеру, "de" означало «элемент»; "de" + "b" = "deb" — т. е. огонь, а "deb" + "a" = "deba" — т. е. пламя.
- Волапюк. Этот искусственный язык первым пересек границу между чисто кабинетным экспериментом и практическим воплощением. И преодолел этот лингвистический Рубикон немецкий священник Иоганн Шлейер. В 1879 году он создал волапюк, который дословно переводится как «всемирный язык». В названии два английских слова использованы в измененном виде: vol получилось из world, т.е. мир, а puk родилось из speak — говорить. На пике популярности в 1880-90-х годах волапюком владели более 200 тысяч человек. Но за популярностью последовал резкий спад, произошедший из-за раскола внутри волапюкского движения.
- Блиссимволика. Этот коммуникационный проект разработан австрийским инженером Чарльзом Блиссом, который загорелся идеей создать единую письменную систему, построенную на значении слов. Она сочетала в себе пиктограммы, математические элементы, молекулярные формулы, электрические схемы и получила название «блиссимволики». Эти символы легко рисовались и обозначали сложные понятия, что позволяло разноязычным людям преодолевать недопонимание. Лингвистический проект Блисса хоть и не обрел статус универсального языка, однако забвению предан не был. Начиная с 1970-х годов эта система успешно используется для налаживания процесса коммуникации у людей с нарушением речи и страдающих ДЦП.
- Проект межславянского языка (medžuslovjansky), созданного в 2006–2017 годах лингвистами Яном ван Стенбергеном и Войтехом Мерункой. Его авторы отобрали слова, присутствующие в большинстве живых славянских языков, и построили грамматику на общих для всех конструкциях. Результат поражает: исследования показали, что носители русского, польского, сербского или чешского языков понимают тексты на межславянском на 80–90% без предварительного изучения. На этом языке уже снимают кино — например, чешский фильм «Раскрашенная птица» (2019), где некоторые герои говорят именно на межславянском, и зрителям-славянам не нужны субтитры. Так спустя одиннадцать веков после Кирилла и Мефодия идея живого межславянского общения обрела новое — на этот раз светское и сугубо практическое — воплощение.
На этом список не исчерпывается. Добавьте сюда Бейсик-инглиш, Илакш, Латино-сине-флексионе, или «латынь без флексий», Интерглосса, Novial, Эдо, Logical language, Нэо, Клингонский язык, Окциденталь, Ро, Словянски, Unish, Токи-пона, Atlango, Реформ-неутраль, Folkspraak, Лингва де Планета, Ифкуиль, Паленео, Ceqli... Всего же лингвистических проектов по созданию универсального языка известно порядка 2000. Не стоит забывать и о так называемых эстетических языках, придуманных в развлекательных и культурных целях. Таков, например, дотракийский из сериала «Игра Престолов», эльфийский Джона Толкина или клингонский из «Звездного пути».
Алиса, создай универсальный язык!
Так все же будет ли он когда-нибудь создан — тот идеальный и всем понятный язык, на котором, если верить Библии, люди говорили до начала строительства печально знаменитой башни? И почему бы не поставить нейросети задачу разработать его для человечества? Вы удивитесь, но оказывается, такие задачи уже не только поставлены, но и выполнены: например, в 2022 году нейронная сеть DALL-E 2 создала такую речь. Однако этот вариант, как и некоторые другие, оказался очень сложен, поэтому широкого распространения искусственные языки «made in ИИ» пока не получают.
Сегодня ученые ставят перед ИИ задачу не создать новый язык, а найти способ обойтись вовсе без языка. Популярность набирает проект по разработке прямой связи «мозг-компьютер», позволяющей людям передавать мысли напрямую, без использования письменной или разговорной речи. Один из главных лоббистов этой идеи — Илон Маск. По его мнению, отношения «человек-машина» следует вывести на более высокий уровень. Его компания Neuralink планирует подключать людей к системе, с помощью которой они смогут обмениваться мыслями, не тратя время и энергию на речь.
А между тем старый добрый эсперанто продолжает обрастать новыми словечками, соответствующими эпохе: так, слово «нейросеть» в переводе на язык Заменгофа будет звучать Ne rala reto.
Авторы текста Татьяна Лянная, Алена Кожевникова
Изображение на обложке: Freepik
