В середине XII века в северо-восточном краю Руси начали повсеместно возводить светлые, легкие и одновременно торжественные храмы из белого камня. Их стены украшали рельефами: здесь царь Давид играл на гуслях, Александр Македонский возносился на небо, охотился смелый Геракл, ходили «улыбающиеся» львы с хвостами в виде цветов и сидели диковинные грифоны… Эти сияющие белизной нарядные храмы так органично вписаны в окружающее их пространство, что представляются нам воплощением духа и плоти родной земли. О том, откуда «прилетели» эти «белые голуби», как складывались архитектурные особенности русских белокаменных церквей и насколько эти строения повлияли на отечественное зодчество, мы расскажем в нашей статье.
Что такое белый камень
«Белым камнем» в архитектуре называют любой подходящий для строительства природный камень светлых тонов с матовой поверхностью. Применительно к древнерусской архитектуре речь идет об известняке, залегающем в средней полосе России и по времени своего формирования относящемся к карбону — каменноугольному периоду палеозойской эры.
Этот материал использовали для строительства самых разных сооружений: храмов, царских и боярских палат, купеческих домов, крепостных стен. Именно ему обязан своим возникновением эпитет Москвы — белокаменная.
Вначале известняк для белокаменного строительства добывали преимущественно на территории современного Подмосковья. Еще в древности залежи белого камня обнаружили на берегу Москвы-реки в окрестностях сел Верхнее и Нижнее Мячково, находящихся сегодня в Раменском районе Московской области. Известняковые месторождения издавна разрабатывали и на территории нынешнего городского округа Домодедово — в Сьяновских каменоломнях у реки Пахры. Причем известняк шел не только на изготовление блоков: его, часто прямо возле карьеров, обжигали и получали известь, которую использовали в качестве основы для строительного раствора.
По мере завоевания владимирскими и затем московскими князьями близлежащих земель становились доступными и новые источники известняка. При этом долгое время добыча известняка на Руси принадлежала государству, поскольку ктиторами, то есть заказчиками, каменных храмов выступали исключительно князья. До наших дней дошли такие возведенные по княжескому заказу памятники как Успенский собор во Владимире, церковь Покрова на Нерли, Дмитриевский собор во Владимире. Однако с середины XV века начали возникать частные каменоломни, работавшие для нужд боярского и купеческого строительства.
Происхождение белокаменного зодчества на Руси
Дерево, которым богата Северо-Восточная Русь, хотя и широко использовалось для сооружения общественных зданий, в том числе храмов, из-за пожаров не являлось надежным материалом. В храмовой архитектуре южнорусских и западных земель — в Киеве, Чернигове, Волыни, Рязани, Смоленске — получил распространение пришедший из Византии принцип строительства: церкви возводили из плоского обожженного кирпича — плинфы, который укладывали широкой стороной друг на друга, узкой — наружу. В подобной технике были сооружены, к примеру, Собор Святой Софии (Софийский собор) в Киеве (1037) и храм Святой Параскевы Пятницы (Пятницкая церковь) в Чернигове (конец XII – начало XIII в.). Подобные постройки, как с кирпично-полосатыми, так и с оштукатуренными фасадами, появились в разных городах Руси.
Но в Галицком и Владимиро-Суздальском княжествах возобладал белый камень. Зодчество в Галиче, находившемся на западе Руси, впитало в себя влияние европейской, в то время — романской архитектуры, крупные сооружения в которой возводили из камня — известняка. К тому же Галицкая земля была богата этим строительным материалом, поэтому появление там белокаменных церквей объяснимо.
Совсем иное положение наблюдалось во владимиро-суздальском краю, расположившемся на противоположном конце тогдашней Руси, далеко от европейских земель с их каменными соборами. Материал для строительства хотя и был, по сути, местным, то есть добывавшимся на землях Северо-Восточной Руси, но каменоломни подходящего известняка находились на значительном по тем временам расстоянии от Суздаля и Владимира, на территории современного Подмосковья. Кроме того, добыча камня, особенно в сравнении с обжигом кирпича, отличалась большей трудоемкостью, недаром в памятнике древнерусской литературы XIII века «Слово Даниила Заточника» автором приведена пословица: «Лепши есть камень долотити, нежели зла жена учити» (прим. ред.: «Лучше камень долбить, чем злую жену учить»). Транспортировка известняка на место, по рекам и волоком по суше, то есть извилистым путем, удлинявшим и без того немалое расстояние по прямой, обходилась дорого. Поэтому владимиро-суздальские белокаменные храмы отличались, как правило, небольшими размерами. Из кирпича можно было за те же деньги поставить в несколько раз больше церквей, да еще достаточно вместительных.
Поначалу, в княжение Владимира Мономаха, так и строили: либо из плинфы, либо в смешанной технике, «opus mixtum», в которой использовались камень и кирпич. Эта техника была не столь привлекательной внешне, как чисто каменная, но гораздо более дешевой. Археологами были обнаружены и печи, в которых на месте постройки обжигали кирпич.
Однако уже при сыне Владимира Мономаха, Юрии Долгоруком, развернувшем монументальное строительство в своей северо-восточной вотчине, такие города как Суздаль, Владимир, Юрьев-Польский, Переславль-Залесский стали одеваться в белые одежды.
Архитектурные и технические особенности белокаменного зодчества
Чаще всего из белого камня в Древней Руси строились церкви. Они возводились с использованием архитектурных принципов, заимствованных после принятия христианства от Византии. Большинство таких храмов были крестово-купольными: в центре их плана находится крест, а над средокрестием, выделенным четырьмя столпами, — купол. Эти четырехстолпные церкви были, как правило, одноглавыми, но их могли венчать и несколько глав.
Возводили белокаменные храмы, используя технику, которая называется полубутовой. Из квадров (прим. ред.: крупные хорошо отесанные блоки камня с прямоугольными сторонами), плотно пригоняя их друг к другу и потому обходясь почти без связующего раствора, выкладывали две параллельные стенки-облицовки. В пространстве между стенками устраивали так называемую «забутовку», то есть заполняли этот промежуток бутом: обломками камня, битым кирпичом, булыжником, и заливали все известковым раствором. Строительный раствор состоял из гашеной извести, песка, воды. Также в него могли добавлять солому, древесный уголь или цемянку — толченую керамику. По мере высыхания раствора гашеная известь, выделяя влагу, вновь превращалась в известняк и прочнее скрепляла элементы постройки.
Белокаменные храмы выглядят величественными и стройными одновременно. Их пропорции настолько выверены, а пластика так внушительна сама по себе, что здания, по сути, не нуждаются в украшающих элементах, однако на фасадах храмов из белого камня присутствует декор.
Почему белый камень стал основой Владимиро-Суздальского зодчества
Обширный край на северо-востоке Руси, издавна населенный финно-угорскими племенами, а с X века подвергшийся активной славянской колонизации, стал местом, где складывалась великорусская народность. Предпринятое Владимиром Мономахом развитие здешней экономики и культуры его сын, князь Ростово-Суздальский и великий князь Киевский Юрий Долгорукий, превратил в настойчивое возвышение своей вотчины среди других земель Руси, вылившееся в соперничество с Киевом. Тогда же во Владимиро-Суздальском княжестве началось энергичное строительство из белого камня.
Вопрос о том, почему у Юрия Долгорукого возникла идея строить , несмотря на все сложности, именно белокаменные храмы, породил целую дискуссию среди историков архитектуры. Наиболее часто высказывалась мысль о том, что князь и его потомки руководствовались эстетическими соображениями: белый камень красив и гармонично вписывается в северную природу с ее светлыми, нежными красками. Кроме того, каменные сооружения, выглядящие величественно, тем самым способствовали укреплению православия и авторитета княжеской власти. Однако и красота, и величественность в полной мере присущи и таким постройкам, как Собор Святой Софии в Константинополе или Собор Святой Софии в Киеве. А они были возведены из плинфы. Так в чем же дело?
Возможно, в том, что к середине XII века, то есть к началу периода белокаменного зодчества во Владимиро-Суздальском княжестве, Византия, из которой Русь приняла христианство, а вместе с ним и принципы церковного строительства, уже не играла большой роли на мировой политической арене. Сближение Руси с державами Европы, впоследствии прерванное татаро-монгольским нашествием, дало и новый источник вдохновения для стремившегося демонстрировать мощь своего княжества Юрия Долгорукого. Таким источником стала европейская архитектура, прежде всего соборы в городах Священной Римской империи, то есть Германии и Северной Италии. Их, как правило, воздвигали из камня — песчаника или известняка, которые придавали постройкам торжественный и эффектный вид. Примерами каменных европейских храмов, которые могли послужить образцами для архитекторов XII века, работавших в славянских землях, являются немецкие императорские соборы, то есть строившиеся под покровительством императоров Священной Римской империи. Это собор Девы Марии и святого Стефана в Шпайере (1030-1061) или собор святых Мартина Турского и Стефана в Майнце (основан в X веке).
Скорее всего, технику именно белокаменного зодчества принесли в Суздаль и Владимир строители, приглашенные Юрием Долгоруким из союзного ему Галича. К тому времени галицкие мастера уже использовали элементы романской архитектуры, такие как, например, перспективный портал (прим. ред.: архитектурное обрамление входа в виде ряда уходящих друг за другом уменьшающихся арок) или аркатурно-колончатый пояс (прим. ред.: декоративный фриз, состоящий из арок, опирающихся на колонны или полуколонны).
При Юрии Долгоруком из белого камня возвели Георгиевский собор в Юрьеве-Польском (1152, не дошел до наших дней), церковь Бориса и Глеба в селе Кидекше близ Суздаля и Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском (также 1152, сохранились).
Продолжили строить из белого камня и потомки Юрия Долгорукого. Данный материал подчеркивал особенность архитектуры Владимиро-Суздальского княжества, ее отличие от других местных школ, прежде всего от киевской и, как следствие, усиливал неповторимый образ русских северо-восточных городов. А установившаяся традиция белокаменного зодчества выражала идею преемственности, столь важную для средневекового мировоззрения.
Роль Андрея Боголюбского в развитии белокаменного зодчества
Расцвет белокаменного зодчества во Владимиро-Суздальской Руси пришелся на время правления сына Юрия Долгорукого — великого князя Владимирского Андрея Боголюбского. Вернувшись по собственной воле из Вышгорода, куда его посадил править отец, в северо-восточную вотчину, он принялся развивать небольшой городок Владимир-на-Клязьме, сделав его своей столицей. «…да будет сей град великое княжение и глава всем», — писал Андрей Юрьевич. При нем во Владимире и окрестностях из белого камня возвели Успенский собор, Церковь Покрова Пресвятой Богородицы на Нерли, Золотые ворота, дворцовый комплекс князя в Боголюбом. Постройки Андрея Боголюбского явились свидетельством того, как за короткий промежуток времени белокаменное зодчество достигло невероятной высоты и стало образцом для подражания у архитекторов, впоследствии строивших из белого камня.
Роль Всеволода III Большое Гнездо в развитии белокаменного зодчества
Сын Юрия Долгорукого и младший брат Андрея Боголюбского Всеволод Юрьевич, получивший в том числе и за свою многодетность прозвище «Большое Гнездо», активно способствовал подъему Великого княжества Владимирского. Князь вел широкое строительство и, как сказано в Лаврентьевской летописи, «многы же церкви созда по власти своей». Всеволод III перестроил и расширил Успенский собор во Владимире и там же возвел Дмитриевский собор, отличающийся изяществом и повышенной декоративностью.
Главные памятники белокаменного зодчества во Владимире и Суздале
От выполненных в белом камне зданий древних городов Владимира и Суздаля, представленных в основном церковными постройками, многие не дошли до наших дней или были перестроены. Но те из них, что сохранились, показывают, какое развитие получило белокаменное зодчество во Владимиро-Суздальской Руси. Вот наиболее примечательные из этих сооружений.
- Успенский собор во Владимире (Собор Успения Пресвятой Богородицы, 1158-1160, 1185-1189). Построенный при великом князе Андрее Боголюбском крупный городской собор, он представлял собой до перестройки в 1185-1189 годах типичный византийский шестистолпный одноглавый крестово-купольный храм. Фасады светлого Успенского собора украсили перспективными порталами, аркатурно-колончатым поясом, тонкими полуколонками, резными сюжетными рельефами, а главу и некоторые архитектурные детали позолотили. В годы правления Всеволода Большое Гнездо первоначальный Успенский собор, переживший пожар, был окружен высокими галереями, а к его центральной главе добавили еще четыре. Стоящий на высоком холме над Клязьмой белый собор и по сей день виден издалека.
- Золотые ворота во Владимире (1158-1164). Свое название ворота получили благодаря некогда окованным золоченой медью массивным дубовым дверям. Это единственные из пяти ворот, входивших в комплекс оборонительных сооружений и одновременно игравших роль парадных въездов в город, сохранившиеся до наших дней. Золотые ворота построили по указу Андрея мастера, присланные к княжескому двору от императора Священной Римской империи Фридриха I Барбароссы, с которым у князя Андрея сложились дружеские отношения. Мощное четырехугольное в плане сооружение, прорезанное арочным проходом, венчала надвратная церковь Положения риз Богородицы, позднее перестроенная.
- Церковь Покрова на Нерли (Церковь Покрова Пресвятой Богородицы на Нерли, 1158 или 1165), посвященная новому празднику, учрежденному при Андрее Боголюбском, была поставлена им в память о его сыне, умершем от ран, полученных в походе на Волжскую Булгарию. Храм Покрова воздвигли у некогда существовавшего слияния двух рек — Нерли и Клязьмы — недалеко от княжеской резиденции. Принадлежащая к наиболее распространенному типу четырехстолпных одноглавых храмов, церковь Покрова, как установили археологи, высилась на мощеном белокаменными плитами холме. С трех сторон ее окружала галерея, или гульбище, придававшая храму торжественный вид, однако ни облицовка холма, ни галерея не сохранились. Предполагают также, что глава храма, сегодня луковичная, прежде была шлемовидной, как в большинстве владимиро-суздальских храмов в XII веке. Возможно, именно в результате позднейших трансформаций церковь приобрела компактность, легкость и устремленность ввысь, впечатление чего создается также благодаря легкому наклону внутрь верхней части стен.
- Дмитриевский собор во Владимире (1194-1197). Выстроенный в правление великого князя Владимирского Всеволода III Большое Гнездо посреди его двора храм был освящен во имя святого Димитрия Солунского, покровителя князя Всеволода, который в крещении носил имя Дмитрий (прим. ред.: подробнее об этой традиции читайте в нашем материале). Собор включал в себя шедшие по периметру галереи, которые вместе с лестничными башнями по ошибке убрали в ходе реставрации в XIX веке. Четырехстолпный одноглавый храм отличается кристальной ясностью и четкостью формы, а шлемовидная глава придает ему сходство с молодым воином за веру, которым и был святой Димитрий Солунский. При этом строгий и торжественный внешний вид Дмитриевского собора сочетается с обильной белокаменной резьбой, покрывающей стены снаружи и придающей церкви особую нарядность.
- Собор Рождества Пресвятой Богородицы в Суздале (1222-1225) возвели при великом князе Юрии Всеволодовиче, сыне Всеволода III Большое Гнездо. Раньше на этом месте находились сначала церковь из плинфы, потом из бута, то есть необработанных кусков камня и, наконец, белокаменная. В XIII столетии влияние народной культуры стало проникать в высокое, «княжеское», искусство, поэтому в убранстве данного храма, дошедшего до нашего времени в перестроенном виде, отчетливо проявилось присущее народному искусству повышенное декоративное начало.
Декоративная резьба в белокаменном зодчестве
Вместе с появлением и развитием во владимиро-суздальской архитектуре XII века белокаменного зодчества возникла и традиция украшать храмы резьбой по камню. Пришла она на Русь также из Европы вместе с тамошними мастерами, которые в качестве скульптурного убранства использовали элементы романской архитектуры, например, аркатурно-колончатый пояс. На фасадах и в интерьерах русских белокаменных храмов появились также орнаментальные и зооантропоморфные рельефы, то есть изображающие человека, животных - львов, или, как их называли, «котов», ланей, голубей — и мифологические существа, к примеру, грифонов. И люди, и представители фауны, и персонажи мифов выполнены, с одной стороны, в нарочито упрощенном, архаизированном, а с другой в повышено-экспрессивном стиле, пластический язык которого напоминает о средневековых европейских, а именно — романских, соборах. При этом на изобразительные особенности рельефных фигур и сцен, которыми декорированы церкви из белого камня, повлияла и деревянная резьба, распространенная на Руси, и восточное искусство с его характерными орнаментами и ковровым принципом их расположения.
Нередко резные рельефы на фасадах белокаменных церквей представляют собой целые циклы, причем христианские и ветхозаветные мотивы могут соседствовать здесь с мифологическими сценами и персонажами. Примером подобной белокаменной резьбы является уже упомянутая церковь Покрова на Нерли, где изображен восседающий на троне библейский царь Давид с псалтирумом или гуслями в руке, по сторонам от него стоят грифоны и лежат львы с «процветшими» хвостами, а ниже расположены маски в виде женских голов.
В другом храме, Дмитриевском соборе во Владимире, можно видеть Давида-псалмопевца, популярную в XII веке сцену «Вознесение Александра Македонского на небеса» и, вероятно, групповой портрет Всеволода Большое Гнездо с детьми. В резьбе белокаменных храмов присутствует своя символика, не всегда до конца понятная исследователям. Сложные, включающие в себя множество изображений ансамбли высеченных из камня рельефов явно имеют свои программы, которые не всегда можно прочитать. Но ясно одно: богатое узорочье этих белых церквей передает красоту и радость бытия, столь характерные для домонгольского искусства Руси, и воплощает картину мира русского средневекового человека, в которой соединены земля, небо, человек, растения, животные, птицы и мифологические существа. Белокаменная резьба — нечто вроде «русского космоса», возникшего на светлых стенах храмов.
Белокаменная архитектура Москвы
Каменное зодчество в Московском княжестве, где первые монументальные здания относятся к первой половине XIV века, т.е. ко времени правления Ивана Калиты, продолжало традицию владимиро-суздальской архитектуры. Поэтому и основным материалом для значимых построек стал белый камень, тем более что его добывали в близлежащих подмосковных каменоломнях.
Самыми ранними каменными храмами Москвы стали возведенные в Кремле Успенский собор (1326-1327), церковь Спаса на Бору (1330), Архангельский собор (1333), церковь-колокольня Иоанна Лествичника (1329). Эти белокаменные постройки не сохранились и известны только по археологическим раскопкам. Но до наших дней дошли, прежде всего, построенный недалеко от Москвы и принадлежавший к московской школе зодчества того времени белокаменный Успенский собор на Городке в Звенигороде (1390-е) и отстроенный также из белого камня Спасский собор Спасо-Андроникова монастыря (1410-1425), являющийся самым древним из столичных каменных храмов.
Из белого камня в Москве выстроили и укрепления. В 1366-1367 годах по указу князя Дмитрия Донского территория Кремля была расширена, а его деревянные стены и башни заменили на белокаменные протяженностью около 2 км, с зубцами и башнями. Стены, поставленные в XIV столетии, были разобраны при Иване III, в 1485-1489 годах, и на их месте возвели кирпичные. Но выражение «Москва белокаменная» сохранилось до сих пор.
Упадок и трансформация белокаменного зодчества
В период татаро-монгольского нашествия зодчие Северо-Восточной Руси упрямо продолжали строить храмы из белого камня, тем самым словно отстаивая самобытную культуру родной земли. Однако, по всей видимости, сохранять высокий уровень подобной архитектуры в новых исторических условиях было сложно. К XV веку, то есть ко времени правления великих князей московских и владимирских Василия II Темного и Ивана III, белокаменные постройки все чаще уступали по своему качеству домонгольским. Последним крупным храмом из белого камня, возведенным на Руси, стал Успенский собор в Московском Кремле (1475-1479). Вскоре менее чем трехвековой период древнерусского белокаменного зодчества закончился: в Великом княжестве Московском на смену камню пришел кирпич.
Белокаменное зодчество в вопросах и ответах
1. Что такое белокаменное зодчество?
Это возведение построек из белого камня — светлого известняка.
2. Когда возникло белокаменное зодчество на Руси?
Первые храмы, стены которых были целиком сложены из белого камня, появились в середине XII века, в правление Юрия Долгорукого.
3. Почему для строительства использовали белый камень?
Известняк достаточно прочен и вместе с тем хорошо поддается обработке, кроме того, он придает зданиям торжественный, величественный, красивый вид. Важно и то, что месторождения известняка распространены в разных регионах.
4. В каких княжествах развивалось белокаменное зодчество?
Строительство из белого камня получило развитие в двух русских княжествах: в Галицком и Владимиро-Суздальском. В остальных местах использовали плоский кирпич — плинфу — или применяли смешанную технику, сочетающую кирпич с камнем.
5. Какие памятники относятся к белокаменному зодчеству?
К сохранившимся белокаменным храмам принадлежат Успенский собор во Владимире, церковь Покрова Пресвятой Богородицы на Нерли, Дмитриевский собор во Владимире, Собор Рождества Богородицы в Суздале и другие постройки. Из белого камня сооружены и владимирские Золотые ворота.
6. Чем белокаменное зодчество отличается от кирпичной архитектуры?
Строительство белокаменных зданий, по сравнению с кирпичными, занимает больше времени и обходится дороже, а размеры этих построек часто меньше возведенных из кирпича. Но постройки из белого камня отличаются особой эстетикой материала, который нет необходимости оштукатуривать или отделывать каким-то иным способом. Камень сам по себе смотрится выигрышно, даже если темнеет со временем из-за грязи, попадающей на его поверхность, впрочем, уже давно существуют способы очистки каменных фасадов. Кроме того, из камня, в отличие от кирпича, позволяющего делать только плоский орнамент, изготавливают более объемные детали для украшения стен снаружи и изнутри. Элементы, вырезанные из белого камня, придают постройкам бо́льшее пластическое разнообразие, рождают игру света и тени на фасадах и в интерьере и дает возможность создавать разнообразные фигурные композиции.
7. Какую роль сыграл в развитии белокаменного зодчества князь Андрей Боголюбский?
Расцвет белокаменного зодчества пришелся на время правления Андрея Боголюбского, большое внимание уделявшего архитектурному оформлению своей новой столицы — Владимира-на-Клязьме. Он много строил из известняка в городе и приказал возвести из полюбившегося ему материала свою резиденцию — Боголюбский дворец.
8. Какие декоративные элементы характерны для белокаменного зодчества?
Храмы из белого камня украшали архитектурным декором в виде лопаток, полуколонн, резных капителей, аркатурно-колончатого и городчатого поясов, сооружали перспективные порталы, одевали здания в белокаменную резьбу. Также на вершинах наружных стен ставили полукруглые, треугольные или килевидные вершины — закомары, в которых могли помещать рельефы или росписи.
9. Почему белокаменные храмы называют символом Владимиро-Суздальской Руси?
Возведенные здесь церковные постройки из белого камня стали наиболее известными из всей истории белокаменной архитектуры.
10. Как белокаменное зодчество связано с переносом центра власти на северо-восток Руси?
Задумав развивать свою вотчину так, чтобы она могла стать соперницей Киеву, владимиро-суздальские князья стремились придать ее городам особенный, новый, внушительный облик. И белый камень позволял строить величественные сооружения, подчеркивавшие мощь княжеской власти.
11. Сохранились ли памятники белокаменного зодчества до наших дней?
Да, до наших дней сохранились белокаменные храмы во Владимире, Суздале, Ростове, Юрьеве-Польском, Звенигороде, Москве.
12. Почему белокаменное зодчество называют уникальным явлением?
На Руси строительство из белого камня было характерно только для двух княжеств, одним из которых явилось Владимиро-Суздальское.
13. В чем художественная ценность белокаменной резьбы?
Резьба по белому камню — относительно редкий пример скульптурного убранства русских храмов, где, как правило, присутствуют фрески, мозаики и иконы. Белокаменные резные изображения на владимирских соборах демонстрируют разнообразие и свободу художественных приемов, а также пластическую выразительность в сочетании с явственным эстетическим началом. Рельефы, покрывающие русские белокаменные храмы домонгольского времени, придают этим постройкам нарядность и выражают присущую христианскому искусству идею божественной красоты.
14. Как белокаменное зодчество повлияло на дальнейшую русскую архитектуру?
Развитие в Древней Руси белокаменного зодчества, в сущности, не закончилось в XV веке: строить в этой технике продолжали и дальше, в том числе и храмы. Примером является церковь Знамения Пресвятой Богородицы, или Знаменская церковь в поселке Дубровицы недалеко от города Подольска Московской области, возведенная из белого камня в 1690-1704 годах. Она относится к позднему периоду русского белокаменного зодчества и демонстрирует, каких высот достигли отдельные мастера в строительстве из известняка и его художественной обработке. В целом же белокаменная архитектура стала хорошей школой для русских зодчих, накопивших благодаря ей немалый опыт, который потом они могли применить в постройках из другого материала.
15. Почему белокаменное зодчество считается культурным наследием России?
Потому что оно стало неповторимым явлением в мировой культуре, соединившим различные внешние влияния и характерные местные особенности. В белокаменной архитектуре проявились свойственные русскому искусству синтетичность, глубина, лиризм и стремление воспевать видимую и невидимую красоту.
Автор текста Ирина Кравченко
Изображение на обложке (Успенский собор во Владимире): разработано Magnific
