Почему перелет на восток переносится тяжелее, чем такой же перелет на запад

Почему перелет на восток переносится тяжелее, чем такой же перелет на запад

Анастасия Будаева
Анастасия Будаева

Проблема джетлага или синдрома смены часовых поясов знакома всем путешественникам, совершающим трансмеридианные путешествия. Однако авиапассажиры и ученые давно подметили удивительную закономерность: если при перелете из Москвы в Лиссабон (на запад) организм адаптируется за пару дней, то обратный путь из Лиссабона в Москву (на восток) выбивает из колеи на неделю, заставляя страдать от бессонницы ночью и непреодолимой сонливости днем. Физиологи называют это асимметрией джетлага, и она напрямую связана с внутренними настройками наших циркадных ритмов.

Наше супрахиазматическое ядро в гипоталамусе генерирует внутренние биологические сутки, которые, как доказано в изоляционных экспериментах, длятся чуть дольше астрономических примерно 24,2–24,5 часа. То есть наши внутренние часы от природы склонны слегка «отставать». Когда мы летим на запад, мы движемся вслед за солнцем, и наши сутки удлиняются. Для нашего организма это естественный и комфортный процесс: мозг с радостью соглашается лечь спать попозже и поспать подольше, так как это совпадает с его природной тенденцией к растягиванию времени.

Перелет на восток требует кардинально противоположного — сжатия суток. Нам нужно лечь спать и проснуться на несколько часов раньше, чем требуют наши внутренние биологические часы. Попытка уснуть в 22:00 по новому «восточному» времени обречена на провал, потому что для вашего внутреннего таймера сейчас всего 18:00 — организм находится на пике дневной активности, температура тела высока, а выработка мелатонина еще даже не начиналась.

Утром же, когда звенит будильник, для вашего тела наступает глубокая биологическая ночь, фаза максимального торможения нервной системы. Мозг гораздо хуже справляется с необходимостью ускорять свой внутренний ритм, чем с возможностью его замедлить. Именно поэтому адаптация к «опережающему» восточному времени происходит мучительно долго: внутренним часам приходится совершать тяжелую работу, насильно урезая циркадный цикл, чтобы синхронизироваться с новым географическим регионом.

Автор текста Анастасия Будаева

Изображение: Magnific

Забытый на 30 лет лесной эксперимент преподнёс огромный сюрприз
Химическая загадка длиной более века решена: нобелевская премия за «выбор» зеркальной молекулы