Люди обычно делят муравьёв на две категории: те, кто на даче строит огромные муравейники и защищает сад от тли, и те, кто неожиданно появляется в сахарнице. Но для биологов эти шестиногие труженики — настоящие индикаторы здоровья природы. Российские учёные решили выяснить, кто именно ползает по двум особо охраняемым территориям Мордовии — национальному парку «Смольный» и Мордовскому заповеднику. И не просто выяснить, а сравнить, какой способ отлова лучше работает.
Исследователи подошли к делу с энтузиазмом и немалым количеством специальных ёмкостей. На протяжении нескольких лет они использовали три пассивных метода — проще говоря, ставили ловушки и ждали, пока муравьи сами в них придут. Ловушки Барбера (обычные стаканчики, вкопанные в землю), жёлтые чашки Мерике (насекомые почему-то обожают этот цвет) и большие палатки-ловушки Малеза, которые чаще используют для летающих насекомых. И что же выяснилось? Всего в «Смольном» насчитали 38 видов муравьёв, в заповеднике — 41. Но главная интрига не в самой цифре, а в том, как именно их ловить.
Абсолютным чемпионом по эффективности оказались скромные почвенные ловушки Барбера. Они выявили 32 вида в парке и 36 в заповеднике. Чашки Мерике и ловушки Малеза отставали, но проявили себя с неожиданной стороны: они отлично собирают крылатых особей — будущих королев и самцов. Без них многие виды так и остались бы инкогнито. Например, благодаря ловушкам Малеза в «Смольном» нашли трёх самок редчайшего муравья-паразита Myrmica hirsuta, который не строит свои гнёзда, а нагло живёт в чужих. Забавно, что до этого в Среднем Поволжье находили всего одну такую самку — энтомологи, можно сказать, дорвались до сенсации.
Когда стали разбираться со структурой местного «общества», выяснилась любопытная вещь: в национальном парке «Смольный» распределение видов более равномерное, а редких — меньше, чем в заповеднике. Индексы разнообразия там выше. Словно в хорошем ресторане, где все блюда на высоте, а не одно любимое, а остальные так, на всякий случай. Кстати, самой часто встречающейся по всем ловушкам стала Formica fusca — обыкновенный, но очень живучий чёрный муравей, который есть практически везде.
А если отойти от цифр и посмотреть на сообщества в разных местах? Тут всё логично: кто живёт на открытых лугах и полянах — одна компания (много разных Myrmica и чёрные Lasius niger), кто в лесу — совсем другая. В лесах заправляют рыжие лесные муравьи (Formica polyctena и Formica rufa), которые бдительно следят за порядком. Причём в некоторых фрагментированных лесах парка «Смольный» учёные нашли гибридных особей между этими двумя видами — своего рода муравьиную версию «свадьбы на районе». Зато когда сравнили одинаковые биотопы (скажем, сосняк в рекреационной зоне и сосняк в зоне хозяйственного назначения), заметных различий не обнаружили. Видимо, муравьям всё равно, на какой бумажке написано «охраняется» — они живут по своим, эволюционным законам.
Какой главный вывод могут сделать не только учёные, но и, скажем, студент-практикант, которому поручили мониторинг? Ставьте ловушки Барбера — это надёжно, дёшево и сердито. А жёлтые чашечки и ловушки Малеза подключайте как дополнительную артиллерию: уж очень они хороши для поимки крылатых «принцев и принцесс» муравьиного мира. Если же хочется узнать всё о местных муравьях, придётся запастись терпением и ловить их несколько сезонов подряд — за один год редкие и скрытные виды просто не попадутся. В общем, муравьиная разведка в мордовских лесах удалась. Теперь мы знаем не только, кто там живёт, но и как эффективнее всего с ними познакомиться. А они, кажется, даже не заметили, что за ними наблюдают — слишком заняты своей тысячью повседневных муравьиных дел.
Исследование опубликовано в журнале «Nature conservation research. Заповедная наука»
Изображение на обложке: разработано Magnific
