Научные данные подтверждают, что не все средства предохранения от нежелательной беременности действуют одинаково: отдельные виды гормональной контрацепции могут существенно повышать вероятность развития новообразований в головном мозге.
Менингиома удерживает статус самого частого типа опухолевых процессов среди взрослого населения внутри черепа. На долю этого недуга приходится от 38% до 42% всех первичных образований центральной нервной системы. По сведениям ВОЗ за 2021 год, около 874 миллионов женщин из почти двух миллиардов репродуктивного возраста планеты применяют современные способы контроля рождаемости. Основа многих таких препаратов — высокие концентрации синтетических прогестогенов (аналогов природного гормона прогестерона), которые управляют менструальным циклом и вынашиванием плода. Возникает закономерный вопрос: какая существует зависимость между приемом подобных средств и риском менингиомы?
Сама статистика заболеваемости дает подсказку. Женщины сталкиваются с этой патологией гораздо чаще мужчин, что прямо указывает на влияние эндокринной системы на рост аномальных клеток.
Новое исследование было призвано проверить эту гипотезу. Проанализировав медицинские записи трех миллионов жительниц Дании за четверть века, специалисты установили четкую корреляцию. Несколько популярных форм гормональных противозачаточных оказались связаны с небольшим, но статистически значимым скачком риска появления данной опухоли. Самым опасным методом признаны инъекционные препараты на основе медроксипрогестерона (те самые противозачаточные уколы). Также определенную угрозу несут комбинированные оральные средства, где эстроген смешан с прогестагеном.
Важным утешением служит тот факт, что эта опасность носит временный характер. Превышение нормы полностью нивелируется спустя пять лет после отказа от использования данных медикаментов.
Примерно девяносто процентов менингиом носят доброкачественный характер, однако их присутствие крайне негативно сказывается на качестве жизни. Пациентки жалуются на резкое падение когнитивных функций, провалы в памяти, судорожные припадки и сбои в работе периферических нервов. Кроме того, терапия такого диагноза всегда сопряжена с тяжелым хирургическим вмешательством или лучевой нагрузкой, что само по себе несет вред здоровью.
В США этот диагноз ставят примерно четырнадцати женщинам из ста тысяч, тогда как среди мужчин показатель равен лишь шести случаям. В Дании цифры схожи, но чуть выше: порядка восемнадцати случаев на сто тысяч женщин против семи у мужчин.
Почему научное сообщество вообще заподозрило гормоны? Первая причина кроется в биологии самой опухоли: до 87% менингиом имеют рецепторы к прогестерону, то есть они способны расти под его воздействием. Врачи также фиксировали клинические случаи, когда образование увеличивалось в объеме во время гестационного периода или приема лекарств на базе прогестерона, а после родов или отмены терапии самопроизвольно уменьшалось. Несмотря на эти наблюдения, твердых доказательств связи именно аптечных доз гормонов с раком мозга ранее было недостаточно.
Для проведения анализа авторы не собирали новую группу добровольцев. Они обратились к национальным регистрам Дании, которые хранят полную историю болезней, онкологических диагнозов и рецептов каждого гражданина.
Команда применила метод вложенного исследования «случай-контроль». Были сформированы две группы: 1473 женщины с подтвержденной менингиомой и 14 717 здоровых участниц. На каждую пациентку с опухолью подобрали десять ровесниц со схожим местом рождения и семейным положением, у которых диагноз отсутствовал на конкретную дату фиксации болезни у первой группы. Такой скрупулезный подбор позволил исключить сторонние факторы и сосредоточиться строго на влиянии препаратов.
Внутриматочные системы в высокой дозировке (содержащие 52 мг левоноргестрела) показали склонность к росту вероятности менингиомы, особенно если женщина пользовалась ими дольше года. При этом низкодозовые спирали подобного эффекта не дали. Ситуация с таблетками оказалась сложнее. Препараты, сочетающие эстроген с прогестогеном, давали небольшой прирост риска, а в случае «мини-пили» (чистый прогестоген) триггером выступал конкретно дезогестрел.
Ученые отметили, что пиковая опасность наблюдается у тех, кто делает инъекции сейчас или завершил курс менее года назад. Со временем после отмены негативный эффект стирается, хотя у потребителей дезогестрела он сохраняется чуть дольше. Зафиксирован также слегка повышенный риск у дам, перенесших беременность за год до выявления опухоли, что логично объясняется естественным гормональным всплеском при вынашивании ребенка.
Так как гормональными методами пользуются миллионы людей, даже мизерное изменение статистики приобретает глобальный масштаб. Специалисты полагают, что полученные сведения станут важным ориентиром как для самих пациенток, так и для лечащих врачей при выборе стратегии терапии.
Результаты работы ученых опубликованы в JAMA Network Open
Изображение: разработано Мagnific.
