Фейковые новости — штука хитрая: все знают, что они где-то есть, но почти никто не признается, что сам на них попадается. Социолог Анастасия Казун из Высшей школы экономики опросила россиян разного возраста и с разными привычками, чтобы понять, кто же, по их мнению, клюет на дезинформацию. Итог предсказуем и забавен: фейки — это то, что бывает с другими. Ученые даже придумали для этого красивое название — «эффект третьего лица».
Как это работает? Каждый уверен: я-то умный, мне дезинформация не страшна. А вот та группа, к которой я себя не отношу, — вот там полный аут. Например, молодые люди (лет до двадцати пяти) дружно считают, что главные жертвы фейков — пенсионеры. У бабушек и дедушек, мол, и когнитивные функции не те, и к интернету доверия нет, и привыкли верить телевизору, где раньше врать не умели. А старшее поколение в ответ парирует: молодежь глупая, инфантильная, с «неустойчивой психикой», живёт в мире розовых пони и потому хавает любую чушь в соцсетях. Причем каждый очерчивает границы уязвимой группы исходя из собственного возраста: 17-летняя девушка считает, что рискуют те, кому за 50, а 42-летний мужчина уверен, что все начинается с 70. Словом, зона опасности всегда где-то рядом с тобой, но не в твоём кресле.
Следующее поле битвы — источники информации. Телезрители (а это в основном люди постарше) уверены: интернет — это рассадник фейков, где каждый блогер несет что хочет. Интернет-пользователи (молодежь) отвечают: телевизор вообще не предоставляет возможности перепроверить факты, а новости там ангажированные. И каждый считает, что именно его способ потребления — самый безопасный.
Самые забавные кульбиты происходят с новостной вовлеченностью. Те, кто внимательно следит за повесткой, полагают, что их насмотренность и компетенции делают их неуязвимыми — в отличие от тех, кто новостями не интересуется. А люди, которые предпочитают не заморачиваться, заявляют: «Чем больше новостей смотришь, тем чаще с фейками сталкиваешься. А мы живем спокойно». То есть низкая вовлеченность становится у них изощрённой стратегией защиты: не читай — и не обманут.
Образование и место жительства тоже работают на самооценку. Люди с высшим образованием (а таких в выборке было большинство) уверены, что именно диплом даёт им волшебную способность к критическому мышлению. Иные даже говорят про «интуитивное чувство фейка». Москвичи и жители городов-миллионников считают себя интеллектуальными элитами в сравнении с провинцией. Но при этом некоторые мечтают уехать «в глушь» — там, мол, вообще новостей нет, а значит, и фейков нет. Чистота и аутентичность.
Самый ценный вывод для всех, кто любит опросы общественного мнения: задавать обобщённый вопрос «насколько сильно фейки влияют на других?» — гиблое дело. Потому что для 17-летней школьницы «другие» — это пенсионеры старше 50, для пенсионера — бестолковые подростки, для москвича — жители малых городов, а для человека с двумя высшими — эзотерики и маргиналы. Каждый отвечает про свою уникальную группу риска, так что сравнивать такие ответы — все равно что складывать килограммы с литрами.
Так что, если вы вдруг чувствуете себя единственным человеком, который никогда не верит фейкам, — вы в прекрасной компании. Как показывают исследования, так думают почти все. И это, пожалуй, главный фейк, в который мы верим коллективно.
Исследование опубликовано в журнале «Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены»
Изображение на обложке: разработано Magnific
