Мастерская встречает не музейной тишиной, а сдержанным, деловым гулом. Воздух, прохладный и сухой, пахнет каменной пылью, древесным клеем и чем-то химически-нейтральным. Вдоль стен — стеллажи с причудливыми «пациентами»: здесь ангел без руки соседствует с фрагментарно сохранившейся мордой грифона, а рядышком аккуратно, как драгоценности, разложены элементы лепного карниза. Наш гид по реставрационному царству — художник-реставратор ООО «Реставрационная Мастерская «Наследие» Алексей Мазуров — проводит экскурсию и рассказывает о секретах возвращения скульптур к жизни.
Непрекращающийся диалог: скульптура между творением и средой
Скульптуры из разных материалов нуждаются в реставрации. Как пример можно взять классический материал скульпторов — мрамор. В идеальном музейном климате он может сохранять холодное совершенство веками. Однако скульптура, представленная на открытом воздухе, подвержена перепадам температур, особенно в межсезонье; циклы замерзания и оттаивания действуют на мрамор подобно невидимым, но разрушительным клинкам. Мрамор, с химической точки зрения являющийся метаморфической горной породой, состоящей из кальцита (CaCO3) с примесями других минералов, и является достаточно пористым материалом. Вода проникает в мельчайшие поры, замерзает, расширяется и приводит к образованию трещин и постепенному выветриванию. Поверхность, некогда сияющая и гладкая, постепенно грубеет, темнеет, приобретая землистый налет. Постепенное обрастание мхами и лишайниками, атмосферными загрязнениями является естественной жизнью скульптуры, однако эти процессы для нее могут быть очень разрушительными. Тогда необходимо вмешательство реставраторов.
Бронза стареет иначе. Первая блестящая желтизна или золотистый отблеск быстро уступают место окислам. Но в этом процессе — не разрушение, а трансформация. Патина на поверхности бронзовой скульптуры или другого изделия — это не просто налет, это «новая кожа», образуемая взаимодействием меди с углекислым газом, влагой, солями воздуха. Она может быть разной по цвету: благородной малахитово-зеленой, глубокой шоколадной или синеватой. Цвет патины на бронзе зависит от состава бронзы, условий образования патины и, в некоторых случаях, от методов искусственного ее создания. Но в любом случае эта пленка, если она однородна и устойчива, становится защитным барьером, консервирующим металл под собой. Она — запись диалога статуи с атмосферой, летопись, написанная химией дождей. Однако химия эта может быть и коварна: в агрессивной среде, насыщенной промышленными выбросами, может родиться не благородная патина, а «бронзовая болезнь» — язвенный зеленый налет хлоридов, который разъедает металл изнутри, превращая его в хрупкую, рассыпающуюся массу.
Дерево живет своей собственной биологической жизнью. Оно дышит, откликаясь на влажность, оно может коробиться, трескаться, когда внутренние напряжения находят выход. Но главные его враги — грибки и насекомые. Деревянная полихромная скульптура — это многослойный организм. Ее сохранность — это вечная война с невидимой биосферой, требующая постоянного контроля влажности и температуры.
Даже кажущийся несокрушимым гранит поддается эрозии. Кварц, полевой шпат и слюда в его составе имеют разный коэффициент теплового расширения. Многократные нагревы и охлаждения ослабляют связи между зернами. Ветер, несущий мелкий песок, действует как наждак, стирая четкость граней и надписей. Лишайники и мхи, поселяясь в трещинах, выделяют кислоты, медленно, но верно растворяющие даже самый твердый камень.
«Памятник — это не застывший объект, а процесс. Его форма, заданная художником, лишь начало долгого пути, на котором физика, химия и биология становятся соавторами, пишущими продолжение его истории, — говорит Алексей Мазуров. — Иногда это история благородного старения, как у бронзы под слоем патины, иногда — медленного угасания, как у мрамора в сыром климате».
Этапы реставрации скульптуры
По словам Алексея Мазурова, каждый памятник уникален и требует индивидуального подхода, но существует некий стандартный сценарий реставрации. Вот его основные этапы.
- Предварительный этап реставрационных мероприятий — все начинается с комплексного исследования. Скульптуру не просто осматривают. Ее фотографируют со всех ракурсов при разном освещении, чтобы выявить рельеф и дефекты. Проводят рентгенографию или томографию, чтобы заглянуть внутрь, увидеть скрытые трещины, каркас, следы предыдущих реставраций. Берут микропробы материалов и загрязнений для химического анализа. Это помогает точно определить состав бронзы, мрамора, оригинальных и поздних красочных слоев, характер коррозии. Составляют картограммы дефектов, классифицируют поверхности по категориям сложности, определяют объемы реставрационных мероприятий, проводят историко-архивные исследования и при отсутствии исторической фотофиксации выполняют поиск аналогов.
- Расчистка. Здесь требуется особая осторожность и точность. Нужно удалить все чужеродное — пыль, копоть, наслоения воска или масел, неоригинальные краски. Все это нужно сделать, не повредив авторскую поверхность или благородную патину. Методы применяют от самых щадящих к более активным. Часто начинают с сухой очистки мягкими кистями и микро-пылесосом. Потом переходят к водным или спиртовым растворам, нанося их тампонами или в виде гелей, которые действуют локально и испаряются. Абразивные методы, даже в виде деликатных ластиков-скальпелей, используют точечно. Современная тенденция — стремление к консервации, а не ремонту. «Не нужно добиваться стерильной белизны мрамора, если естественное старение мрамора само по себе эстетически красиво и закладывается художником», — говорит Алексей Мазуров.
- Укрепление и восполнение утрат. После очистки становится ясен истинный масштаб утрат. Трещины в камне или керамике инъектируют, проливают специальными укрепляющими составами, чтобы полностью остановить их распространение. Крупные утраты восполняют вставками из идентичного камня. Для заделывания мелких трещин и впадин на поверхности древесины, конструктивных элементов или фанерованной поверхности реставраторы используют всевозможные мастиковочные составы, специально подготовленные под каждую из пород дерева и текущих задач. В качестве связующего компонента в них используют клей, лак, в качестве наполнителя — древесную муку, мелкие опилки.
«Как правило, в музейной реставрации очень важны обратимость процессов и максимальна аутентичность. Восполняющие вставки подбираются ровно из того же материала, что и само произведение. Иногда реставрационные работы должны быть видны, а места склейки обладать меньшей прочностью, чем при реставрации скульптур на открытом воздухе. Уличная скульптура должна быть основательной, а музейная обратимой» — говорит Алексей Мазуров.
- Тонирование и эстетическая гармонизация. Иногда для придания скульптуре удовлетворительного экспозиционного вида требуется частичное выравнивание тона поверхности.
Это уже почти художественная работа. Цель ее сделать так, чтобы взгляд зрителя не цеплялся за пятна клея или заплатки, а воспринимал скульптуру как целое. Утраты тонируются специальными обратимыми составами, полностью химически нейтральными. Часто используется техника «пуантель» — нанесение точек, которые сливаются в нужный тон на расстоянии, но различимы вблизи. Никакой сплошной покраски. «Обычно выравнивание по цвету не рекомендуется, — констатирует Алексей Мазуров, — в некоторых случаях это может привести к разрушению поверхности скульптуры». - Консервация. Главная цель этого этапа — остановить активные процессы разрушения. Для бронзы это может означать нейтрализацию «бронзовой болезни»: удаление агрессивных хлоридов специальными пастами или промывками. Для камня — укрепление рассыпающейся поверхности пропитками-консолидантами на основе синтетических смол. Они проникают вглубь, связывая частицы, но не создавая на поверхности грубой пленки. Деревянную скульптуру обрабатывают от жуков-точильщиков и грибка. Это техническая, но жизненно важная работа — стабилизировать объект, сделать его безопасным для дальнейших манипуляций.
Фундамент реставрации — исторические изыскания
Но прежде чем к скульптуре прикоснется рука реставратора, нужно провести другую очень важную работу. Историко-архивные изыскания — это фундамент, на котором строится вся последующая стратегия реставрационных работ.
Все начинается с архивов. Чаще приходится собирать картину по крупицам: упоминания в мемуарах, старые газетные заметки о городских событиях, эскизы в альбомах путешественников. Особенно ценны фотографии. Сравнение снимков разных эпох позволяет выстроить хронологию повреждений: когда откололся палец, появилась трещина на постаменте, когда статую в последний раз красили. Каждый такой слой краски — тоже часть истории объекта. Затем к делу подключаются точные науки. Химический и физический анализ помогает определить не только исходный камень или сплав бронзы, но и «биографию» повреждений.
Отдельная глава — поиск аналогов при отсутствии архивных данных. «Иногда мастер создает копии своего произведения, в таком случае мы можем обратиться за референсами к сохранившимся скульптурам. Изучение аналогичных, лучше сохранившихся экземпляров в других музеях или городах позволяет восстановить утраченные детали: форму завитка, положение складки, характерный жест». — рассказывает Алексей Мазуров.
«Возьмем, к примеру, реставрацию скульптур в усадьбе Усачевых-Найденовых на Земляном валу в Москве. Усадьба знакома многим, ведь на ее территории снимали известный фильм «Покровские ворота». Наши реставраторы восстанавливали грот, ротонды и скульптуры, — рассказывает Алексей Мазуров. — Работа над скульптурами осложнялась их плачевным состоянием и большим количеством утрат. Сначала нужно было выяснить, где и кем были созданы статуи. Для этого помощница реставратора Анастасия Карачевцева провела целое расследование. Сначала выяснила имя автора скульптур, затем благодаря ее усилиям были обнаружены аналоги. В парке сохранились четыре чугунные скульптуры. Судя по клейму на пьедестале, три из них были отлиты во Франции на крупнейшем литейном заводе Val d’Osne, продукция которого была необычайно популярна. Эти три скульптуры — мужская и две женские — являются частью цикла Времена года и представляют собой аллегории весны, лета и зимы. Их автор — французский скульптор Матюрен Моро, который c 1850 года работал на упомянутом литейном заводе. Судя по фото 1910-х годов, скульптуры лета и осени находились в беседках. Позднее аллегория осени была утрачена, а фигура, олицетворяющая лето, перенесена в парк. Воссоздать облик утраченной статуи предстояло по аналогии с сохранившимися изображениями в каталоге продукции завода Val d’Osne. Этот же каталог, а также реплики, находящиеся в разных городах мира, позволили восстановить утраченные детали мужской и женских фигур. Подобные скульптуры, как выяснила Анастасия, были разбросаны по городам Италии, Испании, Южной Америки. Благодаря интернету мы смогли найти их фотографии, что очень помогло работе реставраторов».
Предстали в новом блеске
Благодаря усилиям художников-реставраторов «Реставрационной Мастерской «Наследие» были возвращены к жизни многие объекты культурного наследия. Среди отреставрированных исторических памятников гостиница «Метрополь», памятник Минину и Пожарскому в Москве и многие другие произведения. Вот только некоторые из них.
- Памятник Юрию Гагарину, расположенный на Ленинском проспекте, был открыт в 1980 году. Высота всей композиции составляет 42,5 метра. Высота фигуры космонавта — 14 метров. Изваяние выполнено из сплава титана и имеет массу 12 тонн. В основании памятника размещена реплика космического корабля «Восток» с литой надписью. Выбор титана в качестве материала для памятника глубоко символичен: именно этот металл широко применяется в ракетостроении. Идея использовать титан для создания скульптуры принадлежала еще конструктору первых советских космических кораблей Сергею Павловичу Королёву, а применение специального литейного сплава ВТ5Л было предложено экспертами Всесоюзного научно-исследовательского института авиационных материалов (ВИАМ). Конструкция была собрана из 238 литых элементов, скрепленных между собой болтами и при помощи сварки. Данный монумент стал первым в мировой практике масштабным памятником, созданным из титана. Однако за несколько десятилетий на сооружении появились заметные дефекты, потребовалась комплексная реставрация. Стилобат очистили от загрязнений и следов краски, заменили пришедшие в негодность облицовочные плиты и блоки, каменные поверхности обработали воском. Саму скульптуру также привели в порядок: удалили грязь и следы коррозии, промыли все титановые сегменты. При этом работы выполнялись не только с внешней стороны, но и внутри конструкции.
- Семейный склеп Кноппов на Введенском кладбище представляет собой неоклассический памятник начала ХХ столетия, выполненный в виде усыпальницы, стилизованной под античные руины. В прошлом на Введенских горах находилось захоронение жертв чумы, а позднее здесь стали предавать земле иностранцев и тех, кто не принадлежал к православной вере. Людвиг Кнопп на рубеже XIX–XX веков входил в число виднейших московских промышленников. Стилобат усыпальницы венчала бронзовая скульптура Христа высотой около двух метров. Эту статую создал итальянский мастер Рафаэлло Романелли во Флоренции в конце XIX века. В 1930-1940 годы к изваянию проявляли особый интерес верующие, почитавшие его как чудотворное. С 1947 года скульптура хранилась в музее, а в 1976 году она перешла в собственность Московской Патриархии и ныне размещена в Троице-Сергиевой лавре. В процессе реставрации усыпальницы Кноппов специалистам потребовалось не только отреставрировать склеп, но и полностью воссоздать статую Христа. Работы по восстановлению исторического вида здания и его внутренних помещений длились три года. Мастера усилили несущие конструкции, привели в порядок внешние стены и интерьеры. В погребальных камерах расчистили оригинальную метлахскую плитку. На ограде восстановили все утраченные символические украшения — факелы и погребальные урны, а также привели в порядок террасу. Скульпторы проделали значительную работу по воссозданию копии статуи. С помощью лазерного сканирования оригинала, изучения архивных документов и фотоматериалов специалисты последовательно создали несколько моделей. Первую выполнили из мягкого материала, вторую — из гипса, а третью, окончательную, отлили в бронзе. Готовое изваяние Христа покрыли искусственной патиной, после чего для защиты поверхность обработали воском. Сегодня, посетив Введенское кладбище, можно увидеть памятник в его историческом виде.
***
«Профессия реставратора очень сложна, — говорит Алексей Мазуров. — Это постоянное балансирование на тонкой грани между прошлым и настоящим, между наукой и искусством. В реставрации нет случайных людей. Современный реставратор — это еще и историк, химик, физик. Главный принцип реставратора — «не навреди». И главное правило — любое вмешательство должно быть обратимым. Мы знаем, что через пятьдесят лет появятся новые, более совершенные технологии, и наши потомки должны будут иметь возможность аккуратно снять то, что сделали мы, без ущерба для оригинала. Иногда за целый день удается очистить участок размером с почтовую марку. Но есть и моменты чистого волшебства. Когда фрагмент, который казался безвозвратно утраченным, занимает свое законное место и образ вновь обретает цельность. Ты становишься связующим звеном между эпохами, чувствуя восторг от прикосновения к истории, и теплоту от осознания, что эта история теперь будет жить дальше. При этом ты всегда остаешься в тени. Работа сделана блестяще, если ее не видно. Идеальная реставрация — это когда зритель видит только произведение искусства, а не твою работу».
Автор текста Инна Бобровская
Все фотографии в материале: ООО «Реставрационная Мастерская «Наследие»
Изображение на обложке: Надгробие Н. Ф. Семашко на Донском кладбище. Сухая расчистка
