Вот уже несколько десятилетий на берегах рек Чумыш и Чик в Алтайском крае и Новосибирской области учёные собирают кости древних животных. Всего на пяти крупных местонахождениях Верхнего Приобья накопилось около 48 тысяч остатков крупных млекопитающих среднего и позднего плейстоцена. Больше всего там костей бизонов и лошадей — вместе они составляют от двух третей до трёх четвертей всех находок. Но есть и более редкие экспонаты — остатки оленей. Именно им и посвящена новая работа палеонтологов и археологов, опубликованная в свежем номере журнала.
Речь идёт о трёх видах: гигантском олене (Megaloceros giganteus), благородном олене, или марале (Cervus elaphus sibiricus), и лосе (Alces cf. alces). Учёные изучили 492 костных остатка гигантского оленя, 680 — марала и 253 — лося. Все они относятся к каргинскому времени, то есть к эпохе MIS 3, которая началась примерно 60 тысяч лет назад и закончилась около 25 тысяч лет назад. Для сравнения привлекались материалы из более древних местонахождений — среднего плейстоцена (Бибиха, MIS 6–8) и начала позднего плейстоцена (Красный Яр и Тараданово, MIS 5), а также большие коллекции голоценовых и современных лосей и маралов.
Выяснилась интересная закономерность: в периоды межледниковий, когда господствовали лесостепные ландшафты и лесная растительность наступала на степи, олени достигали максимальной численности. Их доля среди остатков других представителей мегафауны могла доходить до 17 процентов — например, в шестом слое Красного Яра. А вот в периоды оледенений или межстадиалов количество оленей сокращалось до 4–10 процентов. На Чумыше, где основная часть находок датируется каргинским временем, среди оленей больше всего остатков марала — 4,8 процента. Далее следуют гигантский олень (3,1 процента) и лось (1,8 процента). На Чике, где отложения относятся к MIS 3–4, доля оленей сокращается примерно вдвое, но соотношение между видами сохраняется: марал — 1,7 процента, гигантский олень — 1,4 процента, лось — 0,9 процента.
Самое удивительное открытие касается размеров животных. Оказалось, что гигантские олени на юге Западной Сибири на протяжении среднего и позднего плейстоцена, а также в голоцене практически не менялись в размерах. Европейские Megaloceros giganteus были в среднем на 3,3 процента мельче своих западносибирских сородичей. А самые крупные представители этого вида обнаружены в позднем плейстоцене на Алтае — в пещерах Логово Гиены и Сибирячиха. Особо мелкие остатки гигантских оленей найдены в позднем плейстоцене Польши, в пещере Бизник.
С маралами ситуация иная. Самые крупные благородные олени обитали на юге Западной Сибири именно в каргинское время. Чуть более мелкие — в среднем и начале позднего плейстоцена, примерно на 2 процента уступая каргинским. А вот в голоцене, и особенно в современности, размеры тела марала существенно сократились — на 8 и 12,2 процента соответственно. Учёные связывают это с антропогенным фактором. Плейстоценовый марал, судя по строению нижней челюсти, был в гораздо меньшей степени связан с лесными местообитаниями, чем современный, и предпочитал полуоткрытые лесостепные ландшафты. У него была более высокая ветвь нижней челюсти, что функционально связано с питанием относительно жёсткими кормами открытых пространств.
Лоси на протяжении среднего и позднего плейстоцена оставались почти неизменными по размерам. Их тело уменьшилось весьма незначительно. А вот голоценовые и современные лоси заметно измельчали — в среднем на 2 и 3 процента соответственно. При этом средне- и позднеплейстоценовые, а также голоценовые лоси юга Западной Сибири отличались высокой ветвью нижней челюсти и раздвоенной лопатой рога, что сближает их с восточносибирскими Alces americanus. На протяжении последних 200–300 тысяч лет происходило постепенное укорочение роговой штанги. Если на Бибихе её средняя длина составляла 201 миллиметр, то в Красном Яре — 190 миллиметров, на Чумыше — 156 миллиметров, а у современного лося — всего 91 миллиметр. В Барабе в голоцене продолжали обитать лоси особого морфотипа, преемственные с плейстоценовыми. Эта форма была окончательно истреблена человеком в течение XIX века, а последующее восстановление ареала происходило уже за счёт таёжных лосей, обладавших невысокой ветвью pars dentalis.
Работа выполнена по проекту НИР ИАЭТ СО РАН № FWZG-2026-0002 «Археозоология Евразии: комплексное изучение изменений взаимоотношений человека и животного мира в четвертичном периоде». Так что теперь есть редкая возможность заглянуть в прошлое на сотни тысяч лет назад и узнать, что олени, оказывается, тоже имеют свою историю — с взлётами, падениями и даже антропогенными драмами.
Исследование опубликовано в журнале «Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий»
Изображение на обложке: разработано Magnific
