Вера в удачу или в собственные силы — не просто философский вопрос, а реальный маркер того, как мы воспринимаем свою жизнь и страну. Социолог Виолетта Корсунова из НИУ ВШЭ решила выяснить, как изменились представления россиян об успехе за последние три десятилетия, и обнаружила удивительные сдвиги в нашем коллективном сознании.
Главная новость скорее обнадеживающая: мы стали гораздо реже надеяться на авось. Если в девяностых каждый пятый считал, что без везения и нужных связей не пробиться, то сегодня так думает только каждый восьмой. При этом фаталистов не стало меньше — просто люди все чаще приходят к выводу, что успех — это пазл, который складывается и из упорного труда, и из случайного стечения обстоятельств. Такая точка зрения сегодня доминирует в обществе.
Но самое интересное кроется в деталях, а точнее — в поколениях. В. Корсунова выделила уникальную группу — тех, кто родился в конце шестидесятых — начале семидесятых. Это люди, чья юность пришлась на развал СССР и хаос девяностых, когда прежние правила перестали работать, а новые еще не сформировались. Они оказались «сломленным» поколением в плане веры в себя. В отличие от всех остальных возрастных групп, которые за прошедшее время заметно укрепились в убеждении, что успех зависит от личных усилий, эта когорта застыла в своих взглядах. Среди тех, кто родился во второй половине шестидесятых, до сих пор больше всего людей, считающих, что все решает удача. А их младшие товарищи, рожденные в первой половине семидесятых, — единственные, кто массово примкнул к лагерю «все важно», словно пытаясь удержать равновесие между травматичным опытом молодости и новыми, более стабильными реалиями.
Молодежь же преподнесла сюрприз, который многих удивит. Современные юноши и девушки верят в собственные силы куда сильнее, чем их сверстники из девяностых. Поколение, выросшее в нулевых и десятых, похоже, впитало идею о том, что успех зависит от личных усилий, а не от блата или везения. Но и тут есть тонкий нюанс: те, кто родился уже в двухтысячных, чуть более фаталистичны, чем миллениалы. Исследователь предполагает, что свою роль сыграла пандемия коронавируса, которая пришлась на их взросление и добавила в жизнь ощущение непредсказуемости — когда внешние обстоятельства одним махом перечеркивают любые планы.
Кстати, о стереотипах. Работа В. Корсуновой разбила в пух и прах пару устоявшихся мифов. Оказывается, женщины в России верят в удачу ничуть не больше мужчин — гендерного разрыва здесь просто не существует. А вот что действительно удивило автора, так это образование: люди с дипломами вузов чаще приписывают успех везению, а не своему уму и усидчивости. Видимо, высокая планка и жесткая конкуренция среди образованных людей заставляют их острее ощущать роль случайности. Кроме того, четко проявился «географический» разрыв: горожане гораздо чаще селян считают, что в жизни надо полагаться на удачу. Жизнь в мегаполисе с его бешеным ритмом и непредсказуемостью, видимо, действительно воспитывает фаталистов.
Получается, что наше отношение к успеху — это не просто личное дело каждого, а своеобразный слепок эпохи. Те, кто прошел через социальные катаклизмы, навсегда сохранили память о том, что все может измениться в одночасье. А те, кто родился позже, чувствуют себя более уверенными хозяевами своей судьбы. Впрочем, как показывают самые молодые участники исследования, даже в относительно стабильные времена достаточно одного глобального кризиса, чтобы мы снова начали оглядываться на небо в поисках знака.
Исследование опубликовано в журнале «Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены»
