Арктика становится зоной геополитического соперничества.
Если коротко описать III Международную конференцию «Арктика в современной мировой политике», прошедшую в Институте США и Канады им. Г.А.Арбатова, то главное, прозвучавшее там: «Арктика - долгосрочный ориентир России, а исследование Севера нашего Отечества - государственный приоритет».
Но фоном этому утверждению, звучащему сегодня для многих как постулат, видятся интересы глобальных мировых игроков. И нам нельзя не учитывать десятки проектов разных стран по использованию Арктики, нюансы их реализации, мнение государственных деятелей и ученых, погруженных в эту тематику.
Для осмысления этих позиций организаторы конференции - коллективы ИСКРАН, Института Европы (ИЕ) РАН и Российского центра научной информации - собрали представителей не только академических структур, но и университетов, где есть группы специалистов, пристально следящих за переменами вокруг Арктики. И, как верно заметила исполняющая обязанности директора ИСКРАН Н.Цветкова, ученые действуют, помня рекомендации недавно безвременно ушедшего их коллеги академика Сергея Рогова, считавшего, что «Россия должна быть научной сверхдержавой». У Сергея Михайловича была такая статья. И когда Александр Котов, ведущий научный сотрудник ИЕ РАН, анализировал вызовы развитию Арктической зоны России, он, вспомнив эту работу, подчеркнул: речь сейчас идет не только о преимуществах и конкурентных возможностях предыдущих технологических укладов, связанных с транспортными путями, классическими географическими пересечениями, добычей особо ценных ресурсов, но и о том, что дает государствам владение научно подтвержденными данными, восполненными сегодняшними исследованиями по гидрографии, ледовой обстановке, метеоусловиям, месторождениям редкоземельных материалов… Любые намерения стоит обсуждать только при наличии возможности их осуществления. И не только силовым, военным путем, но и путем применения интеллектуальных усилий.
Анализируя нынешнюю ситуацию, руководитель Центра арктических исследований ИЕ РАН доцент Валерий Журавель словно по полочкам разложил то, что должно было происходить, если бы страны взаимодействовали в Арктике на основе Устава Организации Объединенных Наций и Конвенции ООН по морскому праву, и что реально имеет место последние годы в северных широтах, где из-за давления США произошла деградация механизмом международного сотрудничества в Арктике.
«Все постоянные члены Арктического совета под давлением Вашингтона ввели экономические санкции против России, - сказал Валерий Петрович. - Мы были вынуждены, соответственно, принимать осмысленные меры. Национальные интересы различных стран быстро фальсифицировались, многие за словами о демократии и экологии спрятали свои военно-стратегические намерения по завоеванию северных широт планеты. В российской Стратегии развития Арктики до 2035 года ясно выражено, что, если мы не хотим остаться ни с чем, надо реагировать на действия других стран адекватно».
Помнится, лет 25 назад я оказалась в Харбинском инженерном университете и, глядя на макеты ледоколов, которые в этом вузе разрабатывали и передавали в производство, спросила у сопровождающего нашу делегацию проректора: «Зачем? Где Арктика и где Сунгари, на которой стоит Харбин…». На что мне был дан ответ: «Пусть будет». А сегодня в Telegram-канале «Китайский свяZной» вижу картинку: чертова дюжина рядов по 18 кораблей в каждом - наличие современных плавсредств у Китая сегодня, которыми он в силах бороздить даже арктические моря. И один у США.
Карикатура? Нет. Иллюстрация статистики. В сообщении членкора, директора ИЕ РАН А.Громыко прозвучало похожее: «Китай в последние годы превратился в лидера мирового судостроения. За последние 3 года он спустил на воду около 50% всех новых военных и гражданских судов в мире. США за это время - менее 1%. Как говорится, почувствуйте разницу!».
Причиной тому стало удручающее состояние кораблестроения. Его не способен изменить даже пресловутый «Ледокольный пакт», подписанный США, Канадой и Финляндией. Его суть стала предметом оживленного диалога между Сергеем Гриняевым и Олегом Теребовым, представлявшим ИЕ РАН и ИСКРАН соответственно. Эксперты сошлись во мнении, что у американцев нет возможности наладить серийное производство ледоколов из-за кадровых проблем и износа мощностей. Более того, попытка перенести производство в Финляндию не принесет выгод ни американским, ни финским корпорациям. Сами ледоколы устаревают и оказываются ограничены в эксплуатации.
А мы? «Нам тоже не хватает судов для работы в Арктике и судостроительных мощностей для их сооружения, - говорили участники дискуссии. - Из-за санкций приходится рассчитывать только на свои силы. А те плавсредства, что осуществляют ледокольное сопровождение транспортников по Северному морскому пути (СМП), выставляют такие ценники, что, если их не снизить, Россия растеряет все преимущества СМП. Китай, Сингапур, Корея уже отказались от такого сопровождения. Видимо, надо в комплексе рассматривать освоение северных широт. Ибо Арктика нынче - зона геополитического соперничества, нам надо рассматривать ее как самостоятельный макрорегион нашей страны».
Тема Китая, кстати, звучала фактически во всех выступлениях. Особенно запомнилось выступление профессора РАН Яны Лексютиной, профессора СПбГУ. Она провела мониторинг тех публикаций, что вышли на китайском языке после 2022 года, чтобы понять китайскую трактовку ситуации вокруг меняющихся геополитических условий в Арктике. Прежде всего в отношениях России и Китая.
Так вот, по мнению китайцев, от опасений мы перешли к полному доверию. В правовом надзоре за Арктикой исключительность прав арктических стран сменилась на приоритетность. В частности, китайцы высоко оценивают значение указа, подписанного в феврале 2023 года Президентом РФ В.Путиным, согласно которому Россия в Арктике стала взаимодействовать с неарктическими странами тоже. Это, считают в КНР, благоприятствует сотрудничеству.
У нас несколько другие ощущения. Несмотря на то, что китайцы официально не присоединяются к санкциям, так или иначе они соблюдают тот недоброжелательный режим, который создан вокруг России.
Целый ряд проектов с Китаем у нас, если не закрыт, то давно поставлен на долгую паузу: мы не получили высокотехнологическое оборудование под ряд наших арктических проектов, заморожено строительство для нас ледокольного флота. Пекин очень беспокоит то, что 7 из 8 арктических стран теперь входят в НАТО.
Арктические страны также усилили военный мониторинг и гражданский контроль над открытыми водами Северного Ледовитого океана. Системы противоракетной обороны, атомные подводные лодки и другие военные объекты, которые будут размещаться или размещены в Арктическом регионе, ставят под угрозу свободу судоходства, а свобода судоходства для Китая - один из приоритетов национальной безопасности.
Военная напряженность, вызванная гонкой вооружений между арктическими странами, представляет серьезную угрозу и территориям, которые непосредственно прилегают к Китаю. Также китайцев очень тревожит то, что американцы намерены распространить всю спутниковую систему наблюдения и над Арктическим регионом, а значит, в будущем действия Китая в Арктике, даже проведение научных исследований в Северном Ледовитом океане, будут подвергаться очень существенным ограничениям. То есть современная геополитическая ситуация в Арктике трактуется китайцами в целом как очень тяжелая и сложная.
По сути, примерно то же, но на других примерах сказал о ситуации Олег Матвеев, доктор исторических наук, доцент МГЛУ: «Практически весь ХХ век, особенно в его второй половине, Арктике из-за его военно-стратегического, экономического и логистического потенциалов было уделено повышенное внимание не только шести приарктических государств Евразии и Северной Америки (СССР, США, Канада, Швеция, Дания и Норвегия), но и стран, весьма географически далеких, в том числе из Южного полушария. В 1982 году более 119 стран подписали Конвенцию ООН по морскому праву. В соответствии с ней территориальные воды - пояс шириной до 12 морских миль, примыкающий к берегу, - остались нам, а 200-мильная зона (370 км) - экономической территорией с ограниченным суверенитетом и исключительными правами на ловлю и добычу. РФ присоединилась к конвенции в 1997 году, тем самым разрешив иностранным судам, подводным лодкам и самолетам находится в Арктике вне 12-мильной зоны без каких-либо уведомлений и разрешений. В результате Россия утратила суверенитет на 1,7 миллиона кв. км своей акватории».
США и их союзники последние годы активно пытаются интернационализировать СМП и вытеснить оттуда Россию. Канада и скандинавские страны предлагают «интернационализировать» СМП, создав трансарктический консорциум для управления им.
Отсюда их требования «открыть Арктику» или разделить ее таким образом, чтобы некоторые участки СМП оказались вне российских границ. Заявление Госдепартамента США в декабре 2023 года о расширении своей части континентального шельфа в Арктике и Беринговом море в одностороннем порядке в зоне растущего стратегического значения, на которую еще претендуют РФ и Канада, усугубляет межгосударственные противоречия.
А намерения американского президента Дональда Трампа состоят не в присоединении Гренландии к США, а в изменении баланса сил в Арктике и обеспечении мощного и неоспоримого американского присутствия. Любым путем Штаты приберут к рукам Гренландию и тогда приобретут разом: пресную воду (почти 3 триллиона кубических метров), в 100 раз больше, чем в Байкале; геологическую сокровищницу (порядка 38 миллионов тонн), содержащую 43 из 50 минералов, считающихся критически важными для американских технологий и обороны, включая литий, кобальт и ниобий; запасы нефти (около 50 миллиардов баррелей); проход, соединяющий Ледовитый и Атлантический океаны.
И позже, при обсуждении докладов, именно к Я.Лексютиной и О.Матвееву было более всего вопросов. Например, что ждать в отношениях с Россией и другими арктическими странами? По мнению Лексютиной, пространство для диалога Китая с арктическими странами помимо России существенно сужается.
Но при этом нет потока инвестиций в российские проекты, а вот с кредитами на реализацию тех же планов стоит быть крайне осторожными. Можно оказаться в зависимости от них на столетия. И надо понимать, что у Китая большие ледокольные амбиции, он строит современных судов намного больше других стран, активно развивая судостроение, энергетическое машиностроение, сложное морское приборостроение.
А вот по поводу выгоды США от овладения Гренландией у Яны Валерьевны тоже оказалось свое мнение. На вопрос, не выкупил ли давно Китай месторождения редкоземельных металлов Гренландии, она, не претендуя на знание всех аспектов развития Поднебесной, сказала, что была информация семилетней давности о том, что КНР вкладывала существенные инвестиции в добычу этих металлов там, но сейчас уже приостановила их.
Китай взял, что хотел? Может быть, кстати, еще и на африканском континенте. И поэтому докладчик считает, что намерение ухватить редкоземельные в Гренландии, скорее, не экономический расчет, а политический демарш - попытка встать в оппозицию там активности Китая.
Оппонировать законному освоению Арктики намеревается и Канада. Подобно американцам, канадцы не в состоянии соперничать с Россией и Китаем на паритетных началах и делают ставку на международную кооперацию, прежде всего с союзниками по НАТО.
При этом уход Джастина Трюдо с поста премьера не означает отказ от канадской экспансии в Арктику. Местные консерваторы любят бравировать арктическим вопросом под лозунгом Canada first.
На предположения, что США только грозятся «прихватизировать» Гренландию, профессор О.Матвеев заявил, что, по его мнению, США сделают все, чтобы получить Гренландию и сделать из нее «непотопляемый авианосец», передовую крепость США, щит от российских ракетных подводных крейсеров стратегического назначения, патрулирующих Северную Атлантику. Не надо забывать, уточнил он, что США нацелились на этот огромный остров еще в годы Второй мировой войны, у них там была военная база, даже атомная электростанция, охлаждение ее ядерного контура осуществлялось водой, которая потом выливалась в открытый океан.
Из Гренландии американцы не ушли, никакие правила для них не существуют, если они им не выгодны. Так что, получив эту громадную территорию, США станут вторым государством мира по площади после РФ. И еще надо помнить и знать, что Штаты никогда не пойдут нам на встречу, чтобы улучшить наше положение в Арктике.
По мнению специалистов, США так нацелились на Арктику, что готовы будут ради нее пойти даже на глобальный конфликт. Ради Украины не пойдут, а вот ради Арктики…
Его аргументы попытался парировать Никита Белухин из ИМЭМО РАН. Молодой специалист отметил существование склок среди гренландских начальников. Одни выступают за референдум, другие - за переговоры с Данией. При этом Гренландии независимость во всех смыслах не по карману - она по-прежнему остро зависит от дотаций из Копенгагена. Набившие оскомину редкоземы ситуацию не выправят - их добыча по-прежнему нерентабельна и способна нанести серьезный вред экологии в Северной Атлантике.
Словом, тут надо не оставлять усилий использовать возможности научной дипломатии. О них напомнил начальника отдела организации международного сотрудничества РЦНИ Михаил Давыдов.
Арктика сегодня является одной из ключевых площадок не только международного научного сотрудничества, но и соперничества, где каждый участник стремится укрепить свои позиции. Российский центр научной информации (ранее - РФФИ) продолжает уделять большое внимание региону, анализируя происходящее в Арктике на основе многолетнего опыта, накопленного экспертами Российского фонда фундаментальных исследований.
За прошедшие годы при поддержке РЦНИ издана целая серия книг, представляющих собой квинтэссенцию исследований Арктики. Среди наиболее значимых проектов последних лет - инициативы, направленные на изучение климатических изменений, проведение экологического мониторинга, поддержку устойчивого развития коренных народов и безопасное освоение природных ресурсов в Заполярье.
В условиях геополитической напряженности научное сотрудничество представляет собой одну из немногих площадок для конструктивного диалога, и сегодня РЦНИ активно развивает взаимодействие с учеными из стран БРИКС+ и Глобального Юга в целом. Этот подход расширяет научные связи, способствует развитию совместных проектов и укрепляет роль российской науки на международной арене.
Важнейшей инициативой в сфере научной дипломатии является Международный полярный год: отечественные исследователи внесли большой вклад в его реализацию на предыдущих этапах и сегодня готовятся к пятому по счету МПГ 2032-2033 годов. Участие в этой программе глобального значения позволит России не только укрепить международные связи, но и влиять на ключевые решения, формирующие повестку для регионов Арктики и Антарктики.
Важный посыл прозвучал в выступлении директора РНЦИ Олега Белявского, напомнившего участникам конференции слова В.Путина, что «Арктика должна быть пространством для открытого и равноправного диалога, основанного на принципах всеобщей неделимой безопасности. Россия будет сохранять приверженность мирному освоению региона».
Так что делаем что должно и не отступаем.
Елизавета Понарина
Фото Михаила Флинта
