В небе сегодня не только птицы и самолеты, но и целая армия беспилотников. Они снимают свадьбы, ищут пропавших в лесу, опрыскивают поля и выполняют задачи посерьезнее. Спрос на «пилотов», которые сидят не в кабине, а перед монитором с джойстиком, растет. Но как подготовить такого специалиста? Просто научить его управлять дроном — мало. Российские психологи из МГУ им. М.В. Ломоносова и СГУ выяснили, что главное в этой профессии происходит задолго до того, как палец коснется кнопки «пуск».
Для начала ученые разобрались, чем же оператор дрона отличается от обычного летчика или диспетчера. Оказалось, что это работа для настоящих универсалов. Оператор БПЛА не просто ведет объект по карте — он сидит в «цифровом коконе». Вертолета вокруг нет, тряски и гула двигателя — тоже. Реальность сжалась до размеров экрана: только картинка с камеры и сухие цифры телеметрии. Тело в этой работе почти не участвует — вся она идет через глаза и мозг. Если у обычного пилота тело чувствует перегрузки, у оператора БПЛА вся реальность умещается в мониторе. При этом работа требует постоянного общения по рации с десятком разных людей, а задача может меняться каждую минуту: только что вы скучали, следя за пустым полем, а через секунду уже нужно в авральном режиме уходить от птицы или других помех.
Чтобы выяснить, как люди справляются с таким стрессом, психологи поговорили с опытными начальниками расчетов подразделений с БПЛА. Итогом стало не просто описание их рабочего дня (где, кстати, четко прописано: днем больше 3 часов за пультом — нельзя, ночью — больше двух, иначе мозг «кипит»), а целая теория о том, как мыслят асы.
Ключ к успеху — так называемая «концептуальная модель». Это не школьный учебник, а личная «умная картинка» мира, которая складывается в голове у оператора. Новичок видит просто цифры и крестик прицела. Профессионал же на основе тех же цифр чувствует машину: он знает, что через секунду ветер усилится, аккумулятор сядет, а объект на земле попытается скрыться. Он не просто смотрит на приборы, а видит ситуацию целиком — в динамике, в 3D, с прогнозом на будущее. Это как езда на машине: сначала ты судорожно следишь за спидометром и рычагами, а через десять лет просто «чувствуешь» автомобиль.
Исследователи выделили три навыка, на которых держится эта суперспособность. Первый — умение создавать в голове четкий оперативный образ: что сейчас делает дрон, куда полетит и что может пойти не так. Второй — доведенные до автоматизма моторные навыки, когда руки сами выполняют нужные движения вслед за решением. И третий — коммуникация. Как ни странно, успех пилота зависит от того, насколько хорошо он «считывает» не только местность, но и людей вокруг, с которыми работает в связке.
Зачем это все? Ответ прагматичный: чтобы сократить сроки обучения и научиться отбирать прирожденных операторов. Если раньше в армию или в «Аэрофлот» брали всех здоровых, то теперь появляется надежда вычислять тех, у кого эта самая концептуальная модель складывается быстрее. Потому что в мире, где война и мир все больше зависят от картинки на экране ноутбука, время на раскачку кончилось. Психологи говорят: хороший оператор БПЛА — это не просто человек с острым зрением, а тот, кто умеет думать как компьютер, но при этом оставаться человеком, способным предвидеть то, что не напишет ни одна программа.
Исследование опубликовано в журнале «Вестник Московского университета. Серия 14. Психология»
