Сегодня Западная пустыня Египта — это бескрайние пески и камни. Но 145–66 миллионов лет назад, в позднем меловом периоде, здесь плескалось тёплое тропическое море. Планета тогда переживала мощный парниковый эффект: уровни воды были выше, а климат — мягче и стабильнее. И в этом древнем водоёме кипела жизнь, включая самых разнообразных хищников — акул.
Новое исследование, опубликованное сегодня в журнале Cretaceous Research, не просто подтверждает этот факт, а добавляет целых пять ранее неизвестных видов в ископаемую летопись региона. И все они найдены в одном месте, которое учёные уже окрестили «кладбищем акул».
Плато Абу-Тартур: фосфатная сокровищница под ногами
В южной части Западной пустыни расположено плато Абу-Тартур — один из крупнейших фосфатных бассейнов Египта. Эти богатые залежи фосфоритов — прямой след древних морских условий. Органические остатки накапливались на дне миллионами лет, превращаясь в плотные осадочные породы. Но фосфаты здесь ценны не только для промышленности — они хранят прекрасно сохранившиеся окаменелости.
Геологическая формация Дуви, протянувшаяся через всю страну, уже подарила учёным остатки рыб, морских черепах и рептилий. А недавняя работа международной команды палеонтологов показала, что акулье разнообразие в тех водах было гораздо выше, чем считалось ранее.
14 зубов — и пять новых видов
Исследователи сосредоточились на фосфатном слое в районе рудника Абу-Тартур. Их метод был прост, но эффективен: поверхностный сбор. В итоге в коллекцию попали 14 ископаемых зубов акул — от крошечных, игловидных, до массивных треугольных с зазубринами. Цвет находок варьировался от тёмно-коричневого до охристо-жёлтого — оттенок зависит от минерального состава вмещающей породы и степени замещения органики.
Сравнивая форму, размер, профиль корня и характер зубчиков с музейными коллекциями и опубликованными данными, учёные идентифицировали как минимум пять вымерших видов из группы ламниформных — так называемых сельдевых акул, родственников современной белой и мако.
Два из этих видов — Serratolamna serrata и Squalicorax bassanii — в Египте раньше не находили. Но главная сенсация ждала впереди.
Гость из глубин: африканский родственник гоблинской акулы
Среди обнаруженных зубов оказался принадлежащий виду Scapanorhynchus raphiodon — древнему родичу современной гоблинской акулы, которая сегодня обитает на больших глубинах и известна своим выдвигающимся ртом. Раньше этот вид встречали только в Северной Америке и Европе. В Африке его нашли впервые.
Более того, возраст этой находки, по предварительным данным, может быть самым молодым из всех известных для этого вида. Однако авторы исследования делают важную оговорку: этот «рекорд» требует подтверждения. Нужны новые образцы и дополнительные таксономические анализы, чтобы исключить возможные ошибки в датировке или видовой принадлежности.
Что это говорит об экосистеме? И в чём сложность интерпретации
Общее число видов акул в районе Абу-Тартур теперь достигло семи. Такое разнообразие указывает на одну важную деталь: море в ту эпоху было исключительно богато питательными веществами. Здесь существовала полноценная пищевая цепочка — от планктона и мелкой рыбы до крупных хищников-вершителей. Это была высокопродуктивная шельфовая зона, идеальная для разных экологических ниш.
Но авторы предостерегают от упрощённых выводов. Фосфатные слои — это не моментальный снимок экосистемы, а так называемый «конденсированный разрез». Он формировался в периоды замедленного осаждения, когда органический материал поступал активно, а минеральный — нет. В таких условиях остатки накапливаются десятилетиями и даже веками, смешиваясь друг с другом. Поэтому найденные акулы могли жить в разное время и в разных частях шельфа, а затем их зубы попали в один горизонт.
Тем не менее, сам факт того, что в одной точке собраны представители нескольких экологических уровней — от мелководных охотников до обитателей более глубоких вод — говорит о богатстве и стабильности мелового океана у берегов древней Африки.
Почему это важно сегодня
Подобные исследования не просто расширяют зоологическую летопись. Они помогают восстановить климатические сценарии прошлого, понять, как морские экосистемы реагируют на глобальное потепление (а меловой период — лучший природный аналог современного парникового эффекта), и прогнозировать, как современные виды могут адаптироваться к изменениям.
И ещё: каждый такой зуб — это напоминание о том, что геология и палеонтология тесно переплетены. Фосфаты, которые добывают для удобрений, одновременно являются архивами жизни, исчезнувшей десятки миллионов лет назад. И иногда достаточно просто внимательно посмотреть под ноги, чтобы обнаружить нечто, что переписывает географию древних морей.
Изображение: Меловые исследования (2026).
