Гренландия — огромный арктический остров, который еще недавно воспринимался как удаленная автономия в составе Дании, внезапно оказался в центре мировой политики. В начале 2026 года вокруг него развернулась громкая дипломатическая и информационная буря: в США вновь заговорили о необходимости американского контроля над островом, в Дании — о защите суверенитета, а в Евросоюзе — о возможной миссии НАТО у гренландских берегов. Обмен резкими заявлениями, публикации карт с американским флагом, дискуссии о «покупке» территории и обвинения в исторической несправедливости превратили Гренландию из географической окраины в стратегический узел. Почему этот ледяной остров стал объектом столь ожесточенного интереса? И что именно делят Дания и США в Арктике XXI века? Сегодня в нашей статье поговорим о том, как Гренландия стала островом преткновения в мировой экономической и политической игре.
Гренландия от сибирских мигрантов до викингов
Первооткрывателями острова были не викинги и даже не эскимосы, считающиеся коренными жителями Гренландии. Археологи полагают, что остров был заселен с 2500 года до нашей эры, а одними из первых обитателей острова были представители палеоэскимосских культур, предки которых вышли из Восточной Сибири. Древние эскимосы исчезли по непонятным причинам к началу нашей эры, и до появления исландцев в 982 году остров был необитаем.
В конце Х века викинги под предводительством Эрика Рыжего основали здесь вполне успешную колонию, но к XIII веку им пришлось делить Гренландию с эскимосами-инуитами. Грендандия означает «Зеленая земля» — в то время, когда существовало поселение викингов, климат острова был теплее. Палеонтологи выяснили, что в период климатического оптимума X–XIII веков на острове было много растительности а побережье оставалось свободным от льда и снега в течение всего года. Свой ледяной щит Гренландия нарастила во времена так называемого Малого ледникового периода, пришедшего на смену климатическому оптимуму в XIV веке. Возможно, именно похолодание стало причиной того, что колония викингов прекратила свое существование в начале XV века, хотя остров и продолжал считаться собственностью Норвегии.
Случайная хозяйка – Дания
Дания оказалась владелицей Гренландии, можно сказать, случайно, после того как в XVI веке объединилась с Норвегией. Позднее союз двух стран распался, но остров в итоге остался за Данией, которая в 1814 году стала его единственной полноправной хозяйкой.
Конец XIX-начало XX веков – время географических открытий в Арктике и активного проникновения на берега Гренландии европейцев и американцев. Именно в этот период власти США впервые заговорили о покупке Гренландии: президент Эндрю Джонсон собирался приобрести остров в 1860-х годах, но сенат страны это не одобрил. В составе Датского королевства регион постепенно осваивался, население медленно, но все же росло, и с 10 тысяч в начале XX века достигло 27 тысяч к середине столетия. Последние данные говорят нам о том, что в Гренландии проживает 57 тысяч человек. Это очень мало. Гренландия – это самый большой остров на земном шаре, с площадью 2,1 миллиона квадратных километров, который до сих пор освоен людьми лишь в нескольких местах побережья. Даже в похожей по климатическим условиям и гораздо меньшей по площади Исландии насчитывается более 370 тысяч человек.
Как живут в Гренландии?
Основная причина низкой численности населения — неблагоприятные природные условия. Внутренние районы острова сравнимы по условиям с Антарктидой: зимние температуры опускаются до минус 30–40 °C и здесь не готовы жить даже коренные эскимосы. На побережье намного комфортнее, и большую часть года температуры держатся в пределах от минус 10 до плюс 10°C. И, конечно, на острове есть вечная мерзлота, которая добавляет проблем при обустройстве новых объектов и из-за которой большинство зданий стоят на сваях.
В Гренландии потрясающая по своей красоте природа. Фьорды, ледники и арктические тундры, по которым бродят местные северные олени карибу вместе с огромными овцебыками, — все это можно увидеть в прибрежной зоне, где есть свободные ото льда участки суши. Но из-за отдаленности острова и неразвитой туристической инфраструктуры путешественников здесь немного — не более 100 тысяч в год. Для сравнения: соседнюю Исландию, страну с похожими природными красотами, посещает более 2 миллионов туристов ежегодно.
С автомобильными дорогами на острове настоящая беда: они есть только в пределах населенных пунктов. Единственное исключение — связанные автотрассой поселки Ивиттуут и Кангилиннгуит. С морским сообщением дела обстоят чуть получше, оно есть между южными населенными пунктами, а вот что действительно развито в Гренландии, так это авиасообщение, особенно малая авиация. Вертолетных площадок здесь более 40 по всему острову, есть и полноценные аэропорты для приема самолетов.
Кто такие современные гренландцы?
Плотность населения на огромном ледяном острове — одна из самых низких в мире: 0,03 человека на 1 квадратный километр. Все сосредоточено на относительно теплом южном и восточном побережьях. Здесь же находится и столица Гренландии — небольшой город Нуук, где обитает чуть более 19 тысяч человек. Большинство островитян, 90 % жителей — это гренландские инуиты, представители эскимосских народов Арктики, для которых важен традиционный образ жизни. Остальные гренландцы — это потомки датчан и других европейцев, которые постепенно привили местному населению свой образ жизни и обычаи.
Основа экономики острова — добыча морских биоресурсов, поэтому гренландцы всегда думают об экологии и чистом море у берегов острова. Вылов креветки, крабов, лосося, сельди, трески и других рыб приносит львиную долю доходов в местный бюджет. Ежегодно рыбаки добывают в прибрежных водах острова 150–200 тысяч тонн морепродуктов, которые составляют 90 % гренландского экспорта.
Помимо морского промысла на острове занимаются разведением овец и охотой на овцебыков и карибу — местных северных оленей. Растениеводство здесь существует лишь в закрытом грунте, а собственное производство развито на уровне небольших фермерских теплиц, поэтому почти все овощи, зелень и фрукты на острове — это импорт. Гренландия обеспечивает себя только морепродуктами и частично мясной продукцией, все остальные продукты, строительные материалы, дизельное топливо, одежду и все необходимое для жизни Гренландия завозит из других регионов. По этой причине жизнь здесь довольно дорогая. Да и в целом экономика Гренландии сильно зависит от дотаций из Дании, которые составляют 3,2 миллиарда датских крон ежегодно (без учета индексации).
Природа Гренландии сурова, но островитяне относятся к ней очень бережно, и это одна из причин того, что минеральные ресурсы здесь добывают неохотно и при малейших экологических рисках отказываются от их добычи. На северо-востоке находится Гренландский национальный парк — самая большая заповедная территория на земном шаре, в которую входит 45 % всей территории острова, и это тоже серьезное препятствие для разработки имеющихся на острове месторождений. Но есть ли они в Гренландии? И есть ли реальные планы по их освоению как у нынешней хозяйки острова Дании, так и у потенциального покупателя США?
Чем Гренландия богата?
Разработка месторождений обычно начинается лишь после серии геологоразведочных исследований и подтверждения запасов. Пока нет точных данных, а есть лишь «перспективы», лицензии на добычу, как правило, не выдают, а инвесторов не привлекают.
Датская геологическая служба в своих отчетах говорит о местах возможной добычи, и таких по всему острову около 50, но тут же уточняет, что многие из месторождений нерентабельны на данный момент, и для них сложно найти инвесторов и технологии.
Углеводороды. Все цифры о перспективных запасах нефти и газа — это оценочные данные геологических служб США. Саму гренландскую нефть никто никогда не добывал и не видел. На протяжении 50 лет крупные компании, в том числе Shell и ExxonMobil, занимались геологоразведкой в районе Гренландии: нефть не нашли ни на острове, ни на шельфе. В итоге работы свернули. Сама Дания активно добывает нефть на шельфе Северного моря — это месторождения Дан и Хафдан, то есть у страны есть возможности и для геологоразведки, и для дальнейшей добычи, но в Гренландии этого никто не делает. Более того, в 2021 году власти острова заморозили выдачу лицензий на разведку углеводородов, ссылаясь на экологические риски. Лицензий на добычу на данный момент не имеется.
Редкоземельные металлы. Считается, что эти ресурсы больше всех привлекают США и имеют хорошие перспективы на фоне высокого мирового спроса. Танбриз, Карат, Гардар, Сарфартог, Кванефьельд — все эти месторождения имеют подтвержденные запасы, но с каждым из них есть какие-то проблемы: никто до сих пор не ведет добычу, хотя несколько лицензий есть. Кванефьельд считается одним из первых претендентов на разработку, но сейчас проект приостановлен, потому что в породах содержатся уран и торий — радиоактивные компоненты, которые нужно отделять. Щепетильные насчет экологических стандартов европейцы не готовы рисковать, а сами гренландцы справедливо полагают, что уран нанесет вред морским ресурсам. Похожая история и с другими проектами по добыче редкоземельных металлов: уран, сложные технологии, проблема радиоактивных отходов, сложный климат и в итоге отсутствие потенциальных инвесторов и минимум лицензий.
Золото. На острове есть несколько месторождений, но добыча нестабильна и тоже связана с низкой рентабельностью. Месторождение Налунаг: добыча ведется с перерывами с 2004 года, в декабре 2024 года вновь возобновили работы. Предполагается, что здесь можно добыть еще около 10 тонн золота, но не исключено, что добычу снова приостановят.
Остальные минеральные ресурсы. В Гренландии разрабатывалось месторождение меди и серебра, медно-цинковые руды, есть запасы редкого минерала криолита, графита, и даже работал урановый рудник. Но полноценного развития добывающая промышленность так и не получила, и до сих пор доля этого сегмента в экономике Гренландии невелика — около 7 % ВВП. Месторождения этих ресурсов с похожими проблемами. Выдано несколько лицензий, но объемы добычи не сильно повлияют на мировой рынок и почти не скажутся на благосостоянии островитян. Коренное население острова также не спешит расширять добычу, полагая, что это принесет проблемы.
Кому в итоге достанется остров?
Современный статус Гренландии действует с 2009 года, когда вступил в силу Закон о самоуправлении. Остров остаётся автономной территорией в составе Королевства Дания, самостоятельно решая почти все внутренние вопросы, включая управление природными ресурсами, тогда как внешняя политика и оборона по-прежнему находятся в ведении Копенгагена. Закон также закрепляет право жителей Гренландии на самоопределение — в том числе возможность проведения референдума о независимости. Вопрос отделения регулярно поднимается в местной политике, однако на январь 2026 года конкретная дата референдума официально не назначена. Формально Дания и Гренландия считаются равноправными частями единого королевства, хотя усиление международного интереса к острову всё чаще делает его предметом внешнеполитических дискуссий.
Пока неясно, с кем будут вести переговоры США, заявившие о желании купить остров: с руководством королевства или автономии, и какую сумму предложат. Известно, что американский президент Гари Трумэн еще после Второй мировой войны предлагал Дании 100 миллионов долларов за Гренландию, но сделка не состоялась. И сегодня Датское королевство не желает это обсуждать и даже поменяло герб, на котором гренландский медведь стал крупнее, что подчеркивает важное значение острова для Дании.
Что думают по этому поводу сами жители Гренландии? Это можно выяснить только в результате референдума, о планах проведения которого тоже пока ничего неизвестно. . В любом случае реальный и легитимный выбор о присоединении к США гренландцы смогут сделать только после получения независимости от Дании. Если это произойдет, то им придется самостоятельно решать свои вопросы, в том числе и связанные с возможным освоением минеральных ресурсов.
Однако данные авторитетных социологических исследований рисуют иную картину. Согласно опросу компании Verian, проведённому в 2025 году по заказу газет Sermitsiaq и Berlingske, 85 % жителей Гренландии выступают против присоединения к США, и лишь около 6 % допускают для острова такое будущее.
При этом юридически любой вопрос о смене государственного статуса может быть вынесен на голосование только в случае получения Гренландией полной независимости от Дании. Если это когда-нибудь произойдёт, острову придется самостоятельно решать ключевые вопросы развития — от внешней политики до освоения природных ресурсов.
И трудно сказать, какой путь выберет Гренландия: сохранение первозданной природы и традиционного образа жизни коренных народов или рискованное освоение месторождений редкоземельных металлов с участием иностранных инвесторов, способных диктовать свои условия.
Автор текста Ольга Фролова
Изображение на обложке: Annie Spratt/Unsplash
