Дорога молодым - в науку. Экспертный совет оценит заявку каждого - Поиск - новости науки и техники
Поиск - новости науки и техники

Дорога молодым – в науку. Экспертный совет оценит заявку каждого

В конце июня РНФ завершил отчетный период по очередной волне конкурсов Президентской программы исследовательских проектов, реализуемых ведущими учеными, в том числе молодыми. В этом году исполнилось пять лет с тех пор, как программа была запущена, и сейчас есть смысл разобраться, что задумывалось и что получилось, а что нет и почему. По просьбе редакции для наших читателей об итогах пяти лет Президентской программы рассказывает председатель Экспертного совета РНФ академик РАН Александр ­КЛИМЕНКО:

– Главной целью программы, запущенной в 2017 году, изначально декларировалась поддержка молодежи в науке – тех, кто, сделав первый шаг, защитив диссертацию и удостоившись степени кандидата наук (PhD в английском варианте), оказывается на некоем плато, раздумывая, куда двигаться дальше. И вот тут появляется Российский научный фонд со своей программой поддержки молодых постдоков, предоставляя шанс стать победителями конкурсов и получить средства на «Проведение инициативных исследований молодыми учеными» (первое мероприятие программы). Грант индивидуальный, предусматривает двухлетнее финансирование в объеме 1,5 миллиона рублей каждый год. Второе мероприятие программы – конкурс «Проведение исследований научными группами под руководством молодых ученых». Здесь предоставляются более существенные гранты – сначала они были до 5 миллионов рублей в год на три года, а теперь увеличены до 6 миллионов. Да еще с возможностью продления на 2 года, если дела у научной группы пойдут как следует.

– А как следует?
– Будут выполнены показатели работы, в основном публикации в высокорейтинговых журналах WoS и Scopus, и отчеты приняты с высокой оценкой экспертов. Тогда руководитель гранта по второму мероприятию программы может подать заявку на двухлетнее продление исследования. Это дает ему возможность, не останавливаясь на достигнутом, двигаться в фундаментальном поиске дальше. Обобщая сделанное Фондом по этой программе, могу с удовлетворением отметить масштабы работы: ежегодно поддерживаются около 500 ученых в возрасте до 33 лет по индивидуальным грантам и в зависимости от того, как складывается бюджет Фонда, – от 300 до 400 научных групп. А еще с 2020 года появились конкурсы продления проектов. Важно, что эти три конкурса проходят одновременно, и нам, Экспертному совету, поставлена четкая задача Попечительским советом: выбрать лучшие заявки, которые соответствуют высоким требованиям Фонда, за поддержку которых потом не будет стыдно. И для этого нам дана возможность перераспределять деньги между разными конкурсами при фиксированной общей сумме на все три конкурса в целом. Это одна из причин, почему число победителей по конкурсам оказывается разным по годам. Другая состоит в том, что выделяемые на программу средства, как и в целом на РНФ, меняются год от года в зависимости от наполненности бюджета РФ. В итоге число победителей по ПП1 (так зовется конкурс индивидуальных грантов) составило: 2017-й – 504, 2019-й – 494, 2021-й – 469, 2022-й – 505. А по ПП-2 (конкурс групп) поддержано в 2017-м – 239, в 2018-м – 313, в 2020-м – 220, в 2021-м – 318, в 2022-м – 403. Последний конкурс 2022 года был самым «богатым». Если учесть, что по сравнению с первым годом существования программы грант по группам вырос до 6 миллионов в год, то ясно, почему в этом году общее финансирование (а сюда еще надо добавить конкурс продления) достигло впечатляющей цифры – более 4 миллиардов рублей в расчете на год. Вот в эту летнюю сессию Экспертный совет своим решением, которое потом было утверждено Правлением, распределил весьма серьезные средства среди грантов для молодых ученых.


– Я смотрю, меньше стало число отклоненных заявок по формальным причинам. Научились не делать дурацких описок?
– Во-первых, обучились, во-вторых, Фонд полностью перешел на электронное оформление заявок. Там компьютер не пропускает ошибку формальную. Но цифры уменьшаются еще потому, что люди бывает, подав сюда, одновременно участвуют в других конкурсах РНФ, которые завершались раньше конкурсов по программе. Они там победили и честно сообщили об этом. Правило Фонда неизменно: один грант в одни руки. Поэтому их заявки в наших конкурсах отклонены. Хочу подчеркнуть, что молодые люди, имеющие возможность по возрасту участвовать в Президентской программе, не стесняются пробовать свои силы в конкурсах без ограничения возраста, и часто им сопутствует успех. Это к возможному вопросу об уровне молодежной науки.

– Почему же не все подают на продление? Вроде отчеты-то сданы у подавляющего большинства на «отлично»…
– Действительно, не все. В этом году конкурс продления по ПП2 проводился уже в третий раз, и практика показывает, что подают заявки не более 70% тех, кто имеют право. Почему так? Разные причины. Одна из них – то, что Фонд ставит напряженные задачи по публикациям в авторитетных журналах (до последнего времени в журналах, индексируемых в базах WoS и Scopus). Второе: три года – большая дистанция. За такой немалый срок у увлеченных людей, работающих в различных научных организациях, происходят разные изменения, появляются другие возможности финансирования своих исследований. Это и хоздоговора, и мероприятия по линии Министерства науки и высшего образования, Фонда содействия инновациям и т. п. Разумеется, они могут участвовать в других конкурсах РНФ.

– На сайте Фонда по этой программе просто лесенка из разного уровня мероприятий. Карабкайся, если можешь…
– Да, одна из задач программы (ее даже графически на сайте видно) – создать лесенку, по которой реально выстраивать научную карьеру. После выполнения индивидуального гранта (2 года) можно попытаться взобраться на следующую ступень – претендовать на роль руководителя научной группы (мероприятие ПП2). Срок выполнения – 3 года и еще два года продления, всего 5 лет. Можно пробовать свои силы в других конкурсах и с успехом в них участвовать. Международных, отдельных научных групп, малых научных групп, региональных, объектов инфраструктуры… И это не слова. Возьмем, например, тех, кто выиграл пять лет тому назад индивидуальные гранты, – 504 победителя первого конкурса по ПП1, состоявшегося в 2017 году. Проекты были завершены в 2019-м. За минувшие три года 217 руководителей повторили свой успех в разных конкурсах РНФ, относящихся не только к Президентской программе. Разве это не движение вверх по лестнице?

– Еще острый вопрос – публикации.
– До последнего времени какой-то остроты не ощущалось. У нас только что завершился анализ отчетов. Как вы думаете, какое количество публикаций в журналах, входящих в первый квартиль, бывает по молодежным проектам? Если бы я сам не видел, то вряд ли бы поверил: у некоторых – до десятка!

– Научились грамотно писать?
– Не это главное. Дело в другом – им есть с чем идти в высокорейтинговые издания, их результаты соответствуют уровню этих журналов. Как пример могу привести завершившийся в рамках мероприятия ПП2 проект 19-79-10240 Рустама Хабибуллина (МГТУ им. Баумана) «Оптико-терагерцовые фотопроводящие преобразователи коротких импульсов лазерного излучения (1.03-1.56 мкм) на основе сверхрешеточных гетероструктур InGaAs/InAlAs для создания компактных систем спектроскопии и визуализации». По его результатам опубликованы 7 статей в журналах из первого квартиля (Q1) рейтинга JCR. Важно, что результаты исследований имеют большую практическую значимость в области систем терагерцовой импульсной спектроскопии и уже доведены до практического применения. В частности, разработанные в проекте новые образцы оптико-терагерцовых преобразователей уже используются для исследования биотканей в Первом Московском государственном медицинском университете им. И.М.Сеченова.

– Теперь вы на публикации меньше обращаете внимания?
– Не в этот раз. В нынешнюю отчетную сессию руководители не имели права ссылаться на то, что нет возможности опубликовать обещанное число статей. Если они и появились, то после того, как отчеты уже должны быть подготовлены. А вот в тех отчетах, которые надо представить к концу года, будет действовать новое правило – в качестве отчетных будут засчитываться публикации в ведущих зарубежных и отечественных изданиях. И я не вижу проблем найти такие в России – «помойку» от приличного журнала любой специалист отличит. У меня, как и у многих, в жизни до 2012 года WoS и Scopus не было, а публикации в высоко котирующихся журналах были. И научное сообщество умеет оценивать без WoS и Scopus состоятельность исследования, понимает, насколько глубоки мысли ученого или он просто ремесленник, а в худшем случае шарлатан.

– Александр Викторович, будучи 4 года главой Экспертного совета РНФ, вы не утратили свежесть в работе, не стали тихонько бурчать, что за молодежь пошла, вот в наше время, знаю я все ваши хитрости…
– Нет, не стал. Не помню ни одного конкурса одинакового, в каждом есть нюансы. Вот и в этом году их было несколько. Во-первых, мы первый раз после двух ковидных лет собирались секциями, а потом и всем составом совета в целом вживую. И это здорово, хотя уроки коронавируса, заставившего нас использовать гибридную схему общения, мы усвоили. Во-вторых, в этом году мы на месяц раньше начали прием заявок, и для экспертизы было больше времени, что позволило нам хорошо подготовиться к финальной стадии экспертизы – рассмотрению заявок на заседаниях секций и совета. Плюс в этом году мы впервые получили отчеты по полному пятилетнему сроку. Интересно было посмотреть, что удалось ребятам. И мы еще одно новшество ввели в экспертную процедуру. Оно нам помогло увереннее себя чувствовать.

– То есть?
– Мне приходится регулярно читать письма наших заявителей-ученых по поводу результатов экспертизы и работы экспертов. И только пару раз были строки, в которых говорили им «спасибо» за справедливую оценку заявки, мол, мы много полезного о себе узнали, правильно были сделаны нам критические замечания. В основном экспертов упрекают в слабом знании предмета и необъективности, если не выиграли грант, и просто молчат, коли выиграли, так и должно было быть. Три четверти заявителей, а то и больше, не получившие грант, конечно, чувствуют себя обиженными и считают, что оценка их заявок несправедливо занижена.
Но так везде, это издержки работы… На упреки мы реагируем открытостью. С самого первого конкурса мы выкладывали результаты экспертизы: сначала только итоговое заключение каждого эксперта, а потом всю экспертную оценку по всем позициям. А там их более 20. Кто эксперты, конечно, не раскрывается, но с результатами их работы познакомиться можно. Вещь очень полезная, хороший эксперт – подарок, это человек, который буквально промывает тебе глаза, чтобы лучше видеть мир, на твое место в нем с точки зрения содержания заявки. И даже когда рецензент не прав, ты вдруг понимаешь причину: это ты неверно подал свою идею, и он не уловил ее ценность. И на будущее ты сделаешь для себя выводы, если ты умный человек.
Но когда высокий конкурс, есть заявки, которые имеют три экспертных заключения, каждое из которых заканчивается фразой: «Рекомендую эту заявку в число победителей». А по итогу в числе победителей ее нет. Вот в конкурсе этого года по ПП2 победили 403 заявки. Вы считаете, что все остальные 1000, попавшие в отказанные, плохие? Нет. Есть, конечно, те, про которые эксперты писали «поддерживать нельзя», но есть хорошие, с положительными заключениями экспертов. Вот в таких случаях всегда возникало недопонимание. Как же так? Почему заявка не поддержана? Да, мы знаем, что решение по заявке в конечном счете принимает Экспертный совет, но где его мнение?

– И как с этим справиться?
– Мы воспользовались опытом зарубежных фондов, которые сталкиваются с теми же проблемами. Теперь в соответствии с правилами, по которым работает Фонд, Экспертный совет выносит решение о поддержке-неподдержке каждой заявки, об оценке каждого заключительного отчета, мы доводим до руководителей его мнение формализовано, через четко сформулированные заключения. Своего рода трафареты. Их семь по заявкам, три – по отчетам. У немецкого научно-исследовательского общества DFG чуть ли не 30 таких. Это нововведение – результат желания быть максимально корректным по отношению к ученым.

– Можно сказать, что вы отрабатываете бюрократическую процедуру.
– Можно, но в школе мы привыкаем к оценкам, по сути, бюрократическим штампам, которые внятно демонстрируют нам и нашим одноклассникам результаты в учебе. Так и в РНФ формализованная оценка вносит большую ясность, почему Экспертный совет одну заявку поддержал, а другую – вполне добротную – нет.

– Словом, организация этих конкурсов может служить примером другим?
– Формулировка итоговых заключений Экспертного совета впервые введена в практику. Посмотрим, как на нее отреагируют руководители проектов и заявок в новые конкурсы.

Елизавета Понарина

Нет комментариев

Загрузка...
Новости СМИ2